- Если бы я мог ответить так же просто, как и ты, я был бы счастлив. Но я не могу пойти за Талиной в путь, который лежит перед ней.
«Потому что я иду за тобой, Тия», - подумал он, чувствуя тяжесть на сердце.
***
Авель ожидал любой реакции, но не этой.
После того, как он сбивчиво выложил перед Талиной все факты, красочно расписал возможные исходы, а затем мрачно добавил, что им предстоит пожениться, Талина замолчала.
Не стала кричать. Не стала ругать его. Не стала плакать, как Рафталия, доброе сердце которой просто разрывалось от горя. Никогда прежде она так не боялась войны с Серенге. Даже не сама война страшила её, а то что Клаус навредит её близким.
Талина же осталась спокойной и молчаливой.
Она лишь встала со своего стульчика и подошла к окну. Приложил ладонь к месту на груди, где предположительно располагалась магическая капля, и о чём-то задумалась.
Авель не смел нарушить молчание и прервать её размышления. Мария скромно сидела в дальнем углу, не понимая, что происходит. Самого разговора женщина не слышала, однако, лицо Авеля вызывало у неё беспокойство.
«Если я стану его супругой… Это так ужасно, будто династические браки вновь стали популярными, - с сарказмом подумала Талина, отгоняя негативные мысли, в которых жалела себя. – Мерзкий старикашка… всё не можешь успокоиться? Сейчас мне всего лишь восемь, а Рафталии только одиннадцать. Если мы сбежим, то будет трудно. Без кого-то, кто старше нас и имеет право голоса. Моя любимая няня… - ей стало на минуту не по себе от воспоминаний. Голова наполнилась планами, которые Талина строила, когда Агафена ещё была жива. Она верила, что они смогут сбежать втроём и отправиться в путешествие. Но то ли великая магия, то ли книга-тюрьма позвала Агафену, отобрав её у девочек. – Теперь сбежать сложнее. В Олегии куда строже с надзором. И Юлиан… он точно уже догадался. Юлиан… мой дорогой Юлиан, - с тёплой горечью вспомнила Талина о своём наставнике. – Как я могу оставить тебя в огне войны? Я же маг. Я хочу защитить тебя. Я желаю остаться на твоей стороне… Мы не можем сбежать, - окончательно решила она. – Авель-Авель, мой хороший. Ты в любом случае лучше, чем Романия и Тристан. Здесь мой дом, а там ничего. Скоро Тристан отправится в столицу. А я останусь здесь навсегда. И он никогда больше не сможет стать моим мужем. Только бы ты перестал сидеть с таким горьким лицом».
- Я согласна, - дала Талина свой ответ.
- Ч-что? – Авель настолько опешил, что не сразу поверил в услышанное.
- Я согласна, но с условием, - повернувшись к нему, она подняла пальчик вверх.
Авель странно скривился, не привыкший, что ему ставят какие-то условия маленькие девочки.
- Про детей я уже…
- Мы отправимся в путешествие, - уверенно перебила она его. Её зелёные глаза врезались в его немного бледное лицо. – Я хочу увидеть столицу. И дворец. Хочу побывать в храмах магии, посмотреть их библиотеки, узнать больше о мире, в котором мы живём. Когда мы поймём, что в Олегии спокойно, я хочу путешествие. И не одно, - не забыла напомнить Талина.
Авель закинул ногу на ногу и скрестил руки на груди:
- Хм… ну… мы можем куда-нибудь поехать. За озеро. И даже за реку, - задумчиво произнёс он. – Всё детство мы путешествовали с родителями, я много чего повидал и смогу показать тебе другие края. Ну, не слишком далёкие.
- Вот и отлично, - весело заявила Талина, улыбнувшись.
- Чего ты такая довольная? Неужели глаз на меня положила?
- А что ты мне предлагаешь? Слёзы проливать? – она полностью проигнорировала его вопрос. – Я хорошо понимаю, что ты будешь самым ужасным мужем на свете, но разве это можно исправить?
Лицо Авеля заметно покраснело. На его белой коже румянец проступал в считанные секунды.
- Сказала мне лучшая в мире жена, - ворчливо отреагировал он. – Ты даже петь как следует не умеешь, - подобрал он какой-то глупый аргумент в пользу своих слов.
- А ты всю жизнь песни со мной петь собрался? – она упёрла руки в бока на манер Гларфы, с вызовом смотря на мужчину.
- Плясать, - ни капли не смутившись, бросил он в ответ. – Вот… вот когда ты так начинаешь говорить, я перестаю понимать реальность.
- Реальность?
- Тебе точно восемь?
«Расслабилась», - мысленно напряглась Талина.