- Я не согласна с тобой, - проговорила она как можно спокойней, хотя голос немного дрогнул. – Не полностью, но отчасти.
- Ты ещё ребёнок. И ты повела себя дерзко.
- А ты взрослый мужчина, в подчинении которого находятся сотни воинов. И ты повёл себя… странно, - Талина вовремя решила, что называть Авеля глупым не стоило. – Вы кричали так, будто поубивать друг друга хотели. И со стороны выглядело так, будто все конфликты у вас решаются только криками и драками.
Он цокнул и смерил комнату шагами, пройдя от стены к окну.
- Да, я дал слабину, когда поддался гневу, - неожиданно сознался Авель. – Но куда лучше начистить друг другу рожи, чем женщина, встревающая между мужчинами.
- Мне восемь, - напомнила Талина. – Я всего лишь ребёнок, которого напугала ваша ругать. И если взрослые не смогли её остановить…
- Не морочь мне голову, - прервал её Авель, быстро оказываясь рядом с ней. – Тебе далеко не восемь, Талина.
Повисла тишина.
Её сердце пропустило удар.
Авель видел, как она побледнела, а в глазах её мелькнул страх.
- А сколько, по-твоему? – непослушными губами вымолвила она, не чувствуя рук и ног.
Мария, сидящая у дальней стены, напряглась и тронула Флору за руку, привлекая её внимание.
Авель внимательно вглядывался в лицо Талины, пытаясь что-то отыскать в нём.
- Может, телу твоему и восемь, но умом ты давно уже старше многих из нас, - тихо проговорил он. – Я не знаю, через что тебе пришлось пройти в замке проклятого выродка. Не знаю, что он сделал с тобой, что ты стала такой взрослой, - внезапно в его голосе послышалось сожаление.
Эти нотки грусти заставили Талину слегка дёрнуться.
- Не думай об этом, - попросила она, не желая, чтобы Авель винил кого-то, гневаясь и тревожась. Ведь то, что она попала в тело ребёнка, не зависело от Клауса. За проклятой магией стоял кто-то другой, о ком Авель и помыслить не мог. Она не хотела видеть, как гнев вновь охватывает мужчину. – Не ищи причин. Я с самого начала не такая, как остальные дети, - её голос наполнился серьёзностью. – Такие, как я, не рождаются для счастья, - тон Талины сменился, в ней вновь заговорила эллия Грация. – Это мой путь. И я готова его пройти.
- Ты берёшь на себя слишком много. Дети не должны оберегать других детей и взрослых. Дети не должны…
- Я не ребёнок, Авель, - заявила она твёрдо, пожелав открыть ему правду о себе.
«Нельзя… нельзя… иначе моё возвращение домой станет бесконечной дорогой», - с грустью подумала Талина.
- Прости меня, если найдёшь в себе силы. Я думала, что уберегу тебя от осуждения других, от злости Тристана. А в итоге принесла нам обоим лишь сожаления.
Авель неподвижно стоял на месте, продолжая наблюдать за тем, как все его догадки и ощущения подтверждаются.
- Ты ужасная женщина, - проговорил он неожиданно. – Ты сильная, но ужасная женщина, истрепавшая моё сердце. Теперь я вижу, что совсем не знаю, кто ты на самом деле.
С этими словами мужчина направился к двери, словно разговор был окончен. Талина не нашла, что ответить ему. Лишь осталась неподвижной и тихой. В груди её нарастала горечь.
- Но я всё равно буду любить тебя, как свою дочь, - послышался голос Авеля позади. – Кем бы ты ни была. Кем бы ты ни стала.
- Авель…
Она не успела договорить, потому что дверь за ним закрылась.
- Моя сарсана? – послышался осторожный голос Флоры.
Талина отрицательно покачала головой. Она быстро прошла к креслу и подхватила с него свою книгу. Поспешно забравшись на кровать и обложившись подушками, Талина сделала вид, что принялась за чтение.
Благодаря лёгкому балдахину над тёплым ложем, никто не видел её слёз.
«Никогда бы в жизни я не стала лгать тебе. В моей настоящей жизни. Но здесь даже родная мать хватается за нож и убивает родную дочь за непозволительные слова с пророчествами или новостями, что существует другой мир. Я слишком хорошо знаю тебя, чтобы перестать питать наивные надежды, что ты примешь мою правду, Авель. Ты первым задушишь меня, как монстра, а потом станешь сожалеть. Ты такой, какой ты есть. И ты прекрасен. Но я не могу ничего тебе рассказать. Поэтому я лгу тебе. А ты всё видишь и пытаешься верить… я ужасная женщина, ты прав. Но и ты ужасный человек. Мой любимый ужасный человек».