— Это я и говорю. Как только королеву похоронили, он сделал Жане предложение, и она согласилась.
— Врете, — тело Аллиссы дрожало. Ей было так больно, что она едва могла думать о разговоре.
Элиза вскинула брови.
— Зачем мне врать? Разве есть смысл?
— Это кажется… слишком складным.
— Я не говорю, что Жана не завлекала его. Она это делала. Мы использовали ситуацию. Но она не убивала королеву, и Сома не связан с ее смертью. Убийство королевы — дело рук короля.
Мужчина, способный убить свою жену, не был мужчиной. Элиза не боялась за безопасность Жаны?
— Когда Дрентон узнал, что нас с Жаной изгнали, он поклялся отомстить за нас.
— Наверное, Жана его надоумила, — процедила Аллисса. Кончики ее пальцев кровоточили от борьбы с путами.
Элиза пожала плечами.
— Я не виновата, что на него легко влиять. Он стал неожиданной удачей. К сожалению, у него есть слабость — его сын, Кердан, — он презрительно произнесла имя Кердана. — Этот мальчишка слишком похож на свою мать. Пора и ему пропасть. К счастью, это он тебя потерял. Когда король узнает, что ты сбежала, он будет в ярости и накажет принца.
— Не сработает. Кердан поймет, что меня забрали, — один из узлов поддался, и она чуть не расплакалась от радости. Она стала бороться со следующим. Казалось, осталось еще два.
Элиза рассмеялась.
— Нет. Да и не важно, ты скоро умрешь, — она опустилась на колени, вытащила длинный тонкий кинжал, рукоять украшали бриллианты. Сердце Аллиссы колотилось. Это конец. — Внук советовал сонный тоник, но это слишком милосердно для тебя.
Путы не ослабевали, как она ни боролась.
— Глупый ребенок. Тебе не сбежать, — Элиза провела кинжалом по ноге Аллиссы, разрезая штанину, оставляя тонкую полоску с кровью.
Аллисса не хотела так умирать. Слезы катились по щекам. Она будет бороться до конца. Она махнула головой, пытаясь ударить по женщине, но промазала. Хоть лодыжки были связаны, она взмахнула ногами, попала по бедру Элизы. Женщина упала на бок. Элиза возмущенно выпрямилась, схватила Аллиссу за раненую руку и сжала. Тело Аллиссы обмякло, боль разрывала ее. Элиза прижала кончик кинжала над грудью Аллиссы справа. Она улыбнулась и прижала оружие к ее коже.
Укол пылал. Аллисса закричала.
«Я не могу так умереть», — молила она. Она еще многое хотела успеть в жизни. Она столько не сделала и не увидела. Она хотела жить, любить, спасти свой народ. Поражение гремело в голове, разбивая ее сердце и дух.
— О, не переживай, — Элиза нежно погладила ее лицо. — Я еще с тобой не закончила, — она провела кинжалом от плеча Аллиссы до локтя, разрезая кожу. Прижала клинок под ее ухом, собираясь резать там.
Аллисса не могла двигаться, зажмурилась, пытаясь приготовиться к новой боли. Она хотела увидеть родителей еще раз и сказать, что любила их. И Одара. Она надеялась, что он не наделает глупостей, узнав о ее смерти. Она больше не ощутит его губы на своих. Не узнает, как это — быть его женой.
Вес тела Элизы пропал. Аллисса открыла глаза. Кердан сжимал Элизу за шею, прижимал ее тело к стене.
— Она жива? — осведомился он.
Одар опустился рядом с ней, его глаза были красными.
— Да, — ответил он.
Ноги женщины отбивались, она висела в футе над полом, царапала ладонь Кердана, сжимающую ее горло.
— Аллисса, — прошептал Одар, убирая пальцами ее волосы. Он поцеловал ее в лоб, разрезал веревку на ее лодыжках. Он помог ей сесть, разрезал путы на запястьях. — Ты можешь встать?
— Не знаю, — ее ребра и нога пылали.
Одар осторожно поднял ее на ноги. Она вскрикнула от резкой боли в бедре. Он быстрым движением подхватил ее и понес к большой кровати.
— Кроме куска дерева, торчащего из твоей руки, и мелких порезов ножом на руке и ноге есть то, о чем я должен знать? — Одар разглядывал ее тело, оценивал раны, на лице отражалась ярость.
— Я буду в порядке, — уговаривала его она.
— Мне нужно убрать дерево из твоей руки.
Она кивнула, зная, что это нужно сделать, хоть будет больно. Это точно не могло быть хуже вырванных ногтей.
— Посмотри на меня.
Она послушалась, сосредоточилась на его карих глаза, обычно яростных и уверенных, а теперь диких от неуверенности.
— Прости. Это не сделать просто. Как насчет… — он выдернул обломок из ее руки раньше, чем она поняла, что он делает. Боль обожгла ее руку, и она закричала. Сжимая одеяло, Аллисса пыталась подавить боль, глубоко дыша. Кровь текла из раны как вода, и ее голова кружилась.
Одар оторвал кусок простыни и перевязал ее руку.
— Это должно замедлить кровотечение. Понадобятся швы.