— Наверное, — ответил он. — Или король собирает все силы, чтобы вторгнуться в Империон. Мы не узнаем, пока не доберемся до замка.
Она решила не спрашивать, долгим ли будет путь, потому что для нее он в любом случае будет слишком долгим.
Она покачнулась на лошади, голова кружилась. После сна и помощи лекаря она будет в порядке.
— Не переживай, — сказал Одар. — Все время тебя будут защищать мои лучшие стражи. Я не позволю Рассеку снова тебя схватить. Клянусь.
Ее состояние было из-за ран, а не страха, что ее поймают и вернут в Рассек. Она выдавила смех и ответила:
— Стены и стража не обеспечат мою безопасность. Риск будет всегда. В Империоне убийца смог станцевать со мной на балу, где была повышенная охрана. Я никогда не буду в безопасности. Ты не можешь запереть меня в клетке и пытаться защитить от всего. Это невозможно, — она выдавила улыбку, чтобы успокоить его.
Он побледнел. Он смотрел на дорогу впереди, а не на Аллиссу.
— Мы обсудим это позже, — коротко ответил он и направил лошадь вперед быстрее.
Странное ощущение охватило ее. Он не любил ее такой, какой она была? Она не выдержит, если он попытается подавить ее. Во Френе к женщинам относились не так, как в Империоне. Они не могли быть в армии, работать на ферме. Одар не мог ждать, что она станет прятаться. Она была не такой. И после жизни в Рассеке она не собиралась снова быть в клетке.
* * *
Принц задал высокий темп. Они миновали по дорогам, проехали больше земли, чем до этого. Одной из ночей, когда они остановились на ночлег, Одар послал одного из солдат поискать в ближайшем городе лекарства для Аллиссы. Тот вернулся вскоре с травами, которые нужно было съесть. И он принес новости от солдат там. Король и королева Френа официально сообщили, что солдаты Рассека отступили и уже не представляли угрозу.
Одар поблагодарил его и сел рядом с Аллиссой.
— Нам нужно поговорить.
— Я слышала его. Хорошие новости, — у нее была лихорадка, она дрожала, сколько бы одеял ее ни укутывало. Она надеялась, что травы вскоре начнут работать.
— Похоже, война нам уже не грозит, — сказал он, бросая палку в трещащий огонь пере ними.
— Да. Но стоит выслушать твоих родителей, а потом уже радоваться. Как ты и сказал, солдаты Рассека могли отступить для атаки в другом месте, — она обвила тело руками, хотела подавить дрожь.
Он кивнул.
— Постарайся поспать, — он улегся на другой стороне костра спиной к ней.
Его слова крутились в ее голове. Война им уже не грозила. Если они избежали войны, почему она ощущала страх, а не радость? Почему ей казалось, что что-то было не так?
Глава двадцать пятая
Они ехали быстро еще пару дней, ночевали под звездами. Одар редко говорил с Аллиссой, хотя шансы были. Ей казалось, что он намеренно строил стену между ними, и она не знала, зачем.
Война им уже не грозила.
Пейзажи Френа были красивыми — небольшие ручьи с рыбой, низкие холмы с травой были усеяны козами, им попадались фермы со здоровыми на вид животными. Воздух был прохладным, небо — облачным, но без снега. Она принимала травы, и это помогало отогнать боль.
Лежа на покрытой мхом земле, она попыталась согреться. Она осторожно ощупала ребра. Казалось, одно выпирало сильнее, чем вчера. До этого у нее была минутка уединения в лесу, и она посмотрела под тунику и обнаружила, что вся правая сторона грудной клетки была жуткого черного цвета. Порез на руке все еще порой кровоточил, и его нужно было постоянно перевязывать. К счастью, она завтра будет в замке, где умелые лекари займутся ею. И кровать. Она будет спать на мягкой кровати, а не твердой земле.
Ее тело бесконтрольно дрожало. Пот покрыл кожу, но она словно была в снегу. Если бы она могла согреться, стало бы намного лучше.
— Ты в порядке? — Одар вдруг оказался рядом с ней.
«У него три головы?» — она зажмурилась, пытаясь взять себя в руки. Она открыла глаза, и он был размытым.
— Аллисса? — он прижал ладонь к ее лбу. — Ты горишь, — он вскочил на ноги и обратился к солдатам. — Мы не можем ждать до завтра. Нам нужно попасть в замок этой ночью.
— Я не могу ехать, — сказала она, голос был слабым. Не в темноте и в ее состоянии.
— Шш, — сказал он. — Я с тобой, — он поднял ее на руки и понес к лошади. Все потемнело.
* * *
Аллисса проснулась в незнакомой комнате. Одар сидел в кресле у кровати, спал. Она была в чистой одежде, ее рука была перевязана бинтом. Красивый камин был напротив кровати, несколько больших ваз с цветами украшали комнату, картины висели на стенах.