Апостол в пару неторопливых плавных шагов поравнялся с Волковым, и они оба с открытой враждебностью уставились на Азраила. Алхимик неспешно распрямился и, вместо того, чтоб как-то оправдаться, отвести от себя подозрения, улыбнулся язвительно. Какая же сука! Он ничуть не раскаивается! Хуже всего то, что моя Вероника загородила его собой. Безоружная девушка, со сломанной рукой, готова пойти против двух, а то и трёх крепких мужиков! Сейчас одно неловкое слово и полыхнет у кого-то. Тогда, боюсь, снова кровь прольётся.
— Азраил, я полагаю? — спросил спокойно Апостол, пугающе медленно вынимая из ножен свое страшное оружие. Арбалет он пока оставил без внимания. Какой от него сейчас толк, если нет стрел?
— Он самый, — с насмешкой ответил алхимик, покачнувшись с пятки на носок. — Рад, что с вами всё хорошо, дорогие кролики.
— Всё хорошо? — от низкого клокочущего голоса Волкова у меня пробежали мурашки от кистей рук по самые плечи. Саян тихо заскулил, поджав уши. Тоже почуял нарастающую угрозу. А Сергей продолжал распаляться. — Из-за тебя погибли наши друзья! По твоей вине им головы отрубили!
— Опа! Скандалы! — прокряхтел где-то позади меня Рома. — Это я люблю!
— Их кровь не на моих руках, — Азраил продемонстрировал чистые ладони, как в издёвку над нами. — Те, кого вы называете «дикарями» убили их по указке Удава. В их смерти я не виновен.
Ну, тут уж и я не выдержал. Вспомнил мёртвые лица в проклятом ящике и моментально вскипел.
— А кто нас заточил сюда⁈ — спросил с вызовом я. Грудь неприятно кольнуло, стоило поймать на себе испуганный взгляд Брелок. Она надеялась, что я поддержу её, встану на сторону этого психа. Извини дорогая, не в этот раз. — Да, не ты лично убил Тимура, Лесника, Листа и Прозрачного. Ты косвенно виноват в их смерти! А до этого сколько народу погубил⁈ Вспомни Молчуна и Стёпку! Ника, а ты Дамира вспомни! И подумай, по чьей вине, он погиб!
Вероника посмотрела на меня виновато, и быстро отвела взгляд, стыдливо поджав губы. Конечно, она прекрасно понимает, что виноват в стольких смертях Азраил. Но грёбаная сектантская вера и уставы не дают ей пойти против алхимика!
— Если бы ты не затащил нас всех сюда, ничего бы этого не было! И они могли бы жить! — закончил я, указав на одну из дверей станции.
— Может и так. Кто знает? — Азраил равнодушно пожал плечами. Взгляд его через секунду стал жёстким, улыбка исчезла со смазливой физиономии. Даже голос стал ниже, грубее. — А вот ответьте мне, ребятки. Кто-нибудь из вас задумывался, хотя бы на миг, почему именно его закрыли в «Клетку»? Просто так ли я это сделал или за ваши заслуги?
— Удав, то есть, Шухов нам уже всё вывалил, — ответил сурово Волков, — что ты здесь не только шоу для своих «братиков» устроил, но еще и тюрьму для сталкеров. Собрал здесь насильников, убийц, предателей… А кто тебе право дал стать судьёй⁈
— Кто-то же должен был взять на себя эту роль. Я подумал, что она для меня подходит. — Алхимик с прищуром гадко улыбнулся, что захотелось ему в башку щедрую порцию дроби всадить.
— Так, мне это надоело. — Апостол сделал широкий шаг вперёд. Сердце у меня больно сжалось в страхе. Хотел уже схватить азиата за штанину, чтоб он не успел близко подойти к Брелок, только Саян был намного быстрее меня. В один прыжок он оказался перед девушкой с алхимиком и загородил собой, обнажив зло клыки. Апостол запнулся, остановился в недоумении. Пальцы его крепче сжали рукоять мачете.
— Назад! — лейтенант Жаров, сдернув с плеча винтовку, направил её на спину казаха. — Только попробуй тронуть их!
— Апостол! — сказал я громко, сколько позволяло саднящее горло. — Шаг назад!
— А то что, болезный? — сталкер посмотрел на меня сверху с брезгливой жалостью, — наорёшь на меня?
— О-о-о, разборки! — прокряхтел где-то позади меня «тушкан» Ромыч. Я не знаю этого парня, впервые вижу его, но он начинает постепенно бесить.
— Команду своей собаке дам, — холодно сказал я азиату, — на Азраила мне плевать, но девушку трогать не смей.
— Секундочку, — Апостол неприятно усмехнулся, окинул Брелок взглядом, — это та самая девушка, которую ты обесчестил, так? Интересные у вас отношения!