— Не отходи от меня, хорошо? — шёпотом, кажется, только чтобы я её услышал, попросила Брелок.
— Обещаю, я буду рядом, — ответил я, открыв глаза. Усмехнулся, услышав ворчание собаки, — оба будем рядом.
— Не хочу прерывать вашу идиллию, но тут у меня сюрприз для Водяного! — от тонкого самодовольного голоса Азраила у меня свело скулы, как от кислого лимонного сока. Я засёк его приближение с каким-то стволом в руках боковым зрением. С превеликой неохотой повернул к нему голову. Туго, будто у меня в шее стояла несмазанная шестерня. И в зобу у меня, что называется, дыхание спёрло. Азраил, воистину с искушающей дьявольской улыбочкой, протягивал мне штурмовую винтовку «Абакан», с оптическим прицелом. Не новенький, с потёртостями на кожухе, и царапиной на чёрном гладком стволе. Эту царапинку я из тысячи узнаю. Это не просто рандомный автомат АН-94, потому что является моим излюбленным оружием. Это, блядь, МОЙ «Абакан»! Отобранный бесследно при перемещении в «Клетку Удава», и, казалось, утерянный навсегда. И теперь Азраил протягивал его мне, как долгожданный ценный приз!
— А-а-а… — только и смог протянуть сдавленно я, дотронувшись до цевья осторожно, словно оно могло ударить меня током.
— Я решил вам всем вернуть отобранные пушечки, — небрежно, явно притворно, сказал Азраил, вложив мне в дрогнувшие руки автомат. — Закрыть гештальт.
— Даже не знаю, спасибо сказать или матом тебя покрыть, — пробормотал я, осторожно, почти любовно проведя пальцами по длинному магазину «Абакана». Эмоции были смешанные, я не понимал какой больше отдать предпочтение. Радости до поросячьего визга, охреневанию до немоты или же злости от несправедливости? Я медленно выдохнул, успокаивая себя. Это ж не простой какой-то автомат, это мой боевой товарищ. Я с ним наравне с Саяном через столько прошёл! Надеюсь, что «Абакан», как сноровистый зверь не отвык от меня и не подведёт в бою.
— Внимание бойцы! — от жёсткого командного голоса Волкова сердце снова вздрогнуло в волнении. Капитан, держа в руках новенький автомат «Вал», прошёлся строгим взглядом по каждому из нас. Не обделил даже животных. — Делимся на группы поровну! В мою войдут Жаров, Пророк с Кахиром и Роман. Остальные пойдут с Азраилом.
Я переглянулся с Брелок и Багирой, попытался ободрительно улыбнуться им. Меня группа вполне устраивает, кроме наличия Азраила. Обменял бы его на того же идиота Ромку. Впрочем, нет, алхимик будет куда полезней со своим «Апокрифом». Если только фанатика опять не накроет.
— Ну вщё, пора — Юрка тяжело вылез из-за стола, словно его возвращённая «Франчи» тянула его к земле за лямку. Коротко резко выдохнув, Семецкий добавил с заметным сожалением. — Удачи вам, ребята.
— Давай, мужик, — я первым подошёл к Вечному, хлопнул его ладонью по руке, крепко пожал. — На тебя с Журналистом вся надежда.
— Вы давайте аккуратней, чтоб вще живы и ждоровы были! — отпустив мою руку, Юрка, поколебавшись с секунду, обнял меня за плечи, так что дыхание сбил. Сука, как же не люблю я такие моменты! После меня с Семецким подошли попрощаться все, за исключением насупившегося Ромки и флегматичного Азраила. В стороне всё это время оставался и Журналист. Стоял возле холодильника, прислонившись спиной к стене, и поглядывал на нас исподлобья с неразличимыми эмоциями в холодных глазах. Я встретился с ним взглядом и просто кивнул. В этом жесте было всё. И благодарность за помощь, и просьба быть осторожными. Излом, наверное, понял, слабо качнул головой в ответ.
Порталы мы открыли практически одновременно. В первом телепорте, подрагивающим как чистая вода в пруду, был вид на некий заросший кустами холм, и одинокий покосившийся на бок телефонный столб с оборванными проводами. Во втором же была сплошная жуткая белая стена и ничего более. Как же ненавижу я этот туман! Ладони мигом взмокли при виде его недвижимых густых клубов. Задержав дыхания и закрыв на миг глаза, я шагнул в портал следом за Пророком. Секундное неприятное ощущение влажного холода, что становится уже привычным. Всё, больше в убежище я не вернусь.
Я отступил от портала подальше, пропуская остальных. Смотрел неотрывно на уютную теплую столовую, пока пространственная дверь не закрылась. Ощущалась необычная тоска по этому проклятому месту. Всё же там было много приятных моментов, не только трагедии. То же самое я могу и про «Скадовск» сказать. Вот так вспоминаешь это всё и на грудь тяжестью накатывает тоска. Сколько хороших ребят проклятые «Клетки» Азраила загубили! Каждый из них мог бы сейчас где-то в уютном уголке Бара или вообще за Периметром сидеть. Живой, здоровый и счастливый. Надеюсь, боги или духи, что наблюдают за Зоной, будут милостивы к нам, и все мы целы останемся. Я не хочу снова терять друзей…