Выбрать главу

Никос сохраняет невозмутимость. Даже бровью не ведет.

— Покушение? Мирон, о чем ты говоришь? — спрашивает он, делая вид, что не понимает.

— Не играй со мной, Никос, — говорю я, повышая голос. — Мою машину пытались протаранить на трассе. Анжелика едва не погибла. И я уверен, что это твоих рук дело.

Никос усмехается.

— Мирон, ты перегибаешь палку. Помнится, уговор был следующего содержания: «Она и все, что она видела — твои проблемы», разве нет? Зачем мне убивать вас? Доверие — хрупкая вещь. Разобьешь однажды — не соберешь никогда, — произносит он, слегка улыбаясь. — Ты же знаешь, я ценю тебя. Ты — важный человек в нашей… организации.

— Тогда объясни, кто это сделал, — говорю я. — Кто хотел убить нас? Ты, наверняка, знаешь больше, чем говоришь.

— Я могу сказать лишь одно, — отвечает Никос. — Я к этому не причастен.

Я смотрю на него, пытаясь понять, врет он или говорит правду. В его глазах — искренность. Никоса я знаю уже три года, и он всегда был верен своему слову.

— Знаешь, что, Никос? Я тебе не верю, — говорю я, поднимаясь из-за стола, проверяю его реакцию на мое недоверие.

— Мирон, погоди! Что ты делаешь? — он подскакивает и хватает меня за рукав, нахмурившись. — Я бы ни за что! Поверь мне.

Я ухмыляюсь, разглядев, что я все еще важен для его… нашей работы.

Это не он. Никос говорит правду. А кто тогда? Надо поговорить с отцом – значит, это были его враги.

Глава 5. Анжелика. Бывший парень.

Настоящее.

Полдня просидела дома, слезы сами текут из глаз и ничем я не могу остановить их.

Вечером приехала Катя, привезла набор для приготовления мороженого, чтобы поднять мне настроение.

Мы расположились на моей небольшой уютной кухне.

— Если это Гоша так поступил — он совсем не тот, каким я его знала, — говорит настороженная Катя. — Гоша всегда был милым, добрым, уважительным. Такое поведение совсем не свойственно ему. Совершить подобное на улице… уму непостижимо!

— Я не узнала в нем того Гошу. Но время проходит, люди меняются, — я плохо пытаюсь найти объяснение его поведению.

— Ну ты динамила его раньше, дай боже. Может, он просто захотел взять свое и больше ты его не увидишь? — предполагает она, отпивая сок из стакана.

— Если бы. Он без пяти минут деловой партнер Андрея Игоревича, — я открыла несколько пакетиков смеси и принялась смешивать сухие ингредиенты.

— Тогда кошмар. Ты попала, Лика. Будешь видеть его чаще.

— Не хочу.

— Я недавно забежала в магазин за продуктами и наткнулась на Ленку. Она сделала вид, что мы не знакомы. Ты представляешь, какая мерзавка?! Ты ее давно видела?

— Ага. Когда работаю в галерее спускаюсь иногда в кофейню и глаза сами выискивают ее в магазине напротив… мелькает иногда, — неохотно отвечаю я. — Крайне редко.

— После всех ее дел ты еще помнишь про нее, — хмыкает Катя. — Она сама дура, что дров наломала.

— Я не злопамятная, хотя иногда хочется стать такой. Интересно, от кого у нее ребенок? Какая-то тайна, покрытая мраком.

Катя вздыхает, помешивая молоко на плите.

— Да уж. Мне кажется, что она и сама не знает, иначе вылила бы на него тонну дерьма. Напилась где-нибудь в клубе и дала первокурснику за коктейль. Вот чего не хватало человеку? Никогда я ее не понимала, — Катя возмущенно фыркает. — Как твоя практика в художественной галерее?

— Интересно, — воодушевляюсь я. — Провожу иностранцам экскурсии, попутно рисую в свободное время. Там невероятная студия!

— Осталось защитить диплом и добро пожаловать во взрослую жизнь, — вздыхает Катя, переливая горячее молоко в большую миску к сыпучим ингредиентам.

— Мне это совсем не страшно. После смерти отца я быстро влилась в эту взрослую жизнь.

— Я тебя обрадую. Я перевелась в твою галерею на практику, — улыбается она.

— Не может быть!

— Ага, будем вместе проводить экскурсии. Но, есть кое-что еще, чем я хочу поделиться…

Я достаю силиконовые формочки для мороженого и снимаю с них крышки.

— Говори, что такое?

— Лика, я скорее всего уеду после универа.

Я удивленно и одновременно грустно смотрю на нее.

— Куда уедешь?! Зачем?

— Мне тетя предложила работу в бюро переводов в Ярославле. Я соглашусь. Мне давно хочется свалить из Москвы.

— Ну, дело твое, — отвечаю я. — Буду приезжать в гости.

Весь вечер мы общались и вспоминали былые времена. Тяжело терять лучшую подругу, но у нее после университета будет своя жизнь и я не в праве диктовать ей, как поступать. Хотя, очень жаль, что она уедет.