Заваливаю Анжелику спиной на сиденье, а сам роюсь рукой в бардачке. Она царапает меня через джинсы, в панике дергает футболку. Нахожу шприц-тюбик уже с подготовленным снотворным. Анжелика на минуту зависает, широко распахнув свои прекрасные глаза, но потом продолжает отбиваться. Уверенней сажусь ей на бедра, крепко сжимаю. Она уже вспомнила, что это такое и очень не хочет повторения...
— Сейчас будет немного больно, — говорю я, удобнее перехватывая шприц. — Хотя, надеюсь, что будет очень больно. Ты заслужила это, как никогда, Анжи.
Прозвучало холодно и отстраненно. Да, я действительно этого ей желаю.
Анжелика со всей силы начинает отбиваться, пытается скинуть меня, кричит в панике. Широкой ладонью перехватываю ее запястья и прижимаю к сиденью над головой, давлю всем своим весом сверху. Бесполезно сопротивляться.
Уверенным движением свободной руки ввожу иглу в ее плечо – глаза Анжелики округляются, зрачки сексуально расширены. Замирает, наверное, действительно больно.
Снотворное уже течет по ее венам, я медленно извлекаю иглу и откидываю на переднее сиденье. Остается ждать.
— Отпусти! — кричит она.
— Спи, принцесса, — говорю я. — А потом мы с тобой обязательно поговорим...
Она снова кричит, но я накрываю ее рот ладонью, разглядывая с каким-то садистским наслаждением, как в ее глазах угасает надежда. Словно я маньяк и мои намерения совсем далеки от невинных, а предвкушение этого грехопадения заставляет сердце биться быстрее.
Анжелика пытается оттолкнуть меня. Обожаю эти невинные попытки. Ловлю себя на мысли, что я буквально зверею, когда она подо мной трепыхается... Снотворное начинает действовать быстро. Примерно через три минуты ее тело слабеет, движения становятся медленными и неуверенными.
Убираю ладонь с ее нежных еще не зацелованных губ.
— Не надо… — шепчет она, вкладывая в слова все силы. — Отпусти меня.
Отстраняюсь от нее, и вижу, как ее глаза начинают закрываться. Она смотрит на меня с отчаянием, словно прощаясь с жизнью, предпринимает последнюю попытку сосредоточить взгляд, но проваливается в сон.
— Сама виновата, — вполголоса отвечаю, хотя знаю, что она меня уже не слышит.
Я смотрю на ее спящее лицо. Она такая красивая, такая беззащитная. И я… навечно монстр в ее глазах. Но мне совсем не жаль. Теперь все изменится.
Откидываюсь на спинку сиденья и закрываю глаза. Тишина давит на уши. В голове — лишь пустота.
Проходит несколько минут. Я открываю глаза. Анжелика все еще спит. Ее дыхание ровное и спокойное.
Пристегиваю ее ремнем безопасности, сажусь за руль.
— Ну что ж, Анжи, — говорю я, глядя на ее спящее лицо. — С возвращением домой.
Я успел. И на этот раз я не позволю тебе уйти. Никогда.
Дома перетаскиваю ее на кровать, раздеваю. Любуюсь ее почти обнаженным телом. Даже спящая, она чертовски привлекательна.
Надеюсь, она запомнит этот урок. Надеюсь, она поймет, что со мной шутки плохи.
И если она еще раз попытается меня предать… То я просто придушу эту своенравную девчонку.
Входящий звонок — Коля.
— Мирон, контейнер забрали. Все, ничего не было.
— А разве что-то было? — выхожу на балкон и вытаскиваю сигарету из пачки.
— Ничего. Ничего не было!
— Тогда до новых встреч.
— Мирон…
Но я слишком устал для этой болтовни и скидываю его звонок.
С наслаждением затягиваюсь, прикрывая веки.
Ебать... Какой тяжелый день.
Собираюсь зайти в комнату — звонок от неизвестного номера.
— Никос?
— Мирон, проверь свой счет, — радостно сообщает он.
Возвращаюсь в комнату и включаю ноут. Пароль — мое имя. Просто? Если его захотят взломать, то в любом случае взломают. Но он будет уже пуст.
Открываю программу — нолей значительно прибавилось.
— Все отлично, друг мой, — довольно отвечаю я.
— Тогда доброй ночи.
— Доброй.
Завершаю вызов и подхожу к кровати.
Комната погружена в полумрак, лишь лунный свет пробивается сквозь одну из одернутых штор, очерчивая ее силуэт на кровати. Анжелика крепко спит под действием этого гребаного снотворного. В прошлый раз она проспала полдня.
Я стою в дверях, наблюдая за ней, и чувствую, как внутри меня нарастает какое-то странное, противоестественное возбуждение.
Анжелика сегодня стала катализатором боли в моей голове. И эти проблемы, которые она мне подкидывает — как раз то, что меня в ней цепляет. Безрассудно, но чертовски притягательно.
Она лежит на спине, сексуально раскинув руки. На ней надето кружевное белье — голубого оттенка, вызывающее, дьявольски сексуальное. Знаю, для кого она его надела сегодня вечером, но сейчас оно принадлежит только мне.