— Нет, просто дела.
— Последний раз я видела отца живым, когда он тоже собирался в Китай по делам, — хлюпаю носом в трубку.
Мне так не хочется отпускать Гошу, мы только наладили общение.
— Анжелика, мой самолет не разобьется. Не надо так думать. Все будет хорошо, — он старается успокоить меня. — А потом, обещаю, мы с тобой будем проводить много времени вместе.
— Я очень скучаю.
— Анжелика, поверь мне, я делаю все только ради нас. Я так много времени упустил. Как только я вернусь — не оставлю тебя никогда.
— Хорошо.
— Я обнимаю тебя очень крепко и уже скучаю.
— Я тоже.
Дурацкий грустный разговор. Тайком вытираю слезы, пока никто не увидел и допиваю кофе.
День тянется долго. Я еще догадалась обуть туфли на каблуках и катеров мозоли. Шесть вечера — пора заканчивать.
Уставшая, доезжаю до квартиры и сразу приступаю к делу. Включаю ноутбук и надеваю гарнитуру. Пробегаюсь глазами по первым страницам в договоре и начинаю наговаривать перевод, чтобы он автоматически отображался, как текст. Затем останется отредактировать и готово.
Это занимает у меня около четырех часов. Жутко уставшая, я перекидываю все файлы на флэш-карту и достаю телефон Никоса.
— Анжелика, я слушаю.
— Я закончила, приезжайте и забирайте свои бумаги.
— Уже отправляю посыльных.
Я откидываю телефон на стол и завариваю кофе. Пытаюсь найти что-то в холодильнике — пусто. Надо бы доставку заказать.
Через час в мою дверь настойчиво стучат люди Никоса.
Открываю — два громилы, которые в тот раз его сопровождали, безразлично таращатся на меня.
— Ну и?
Я протягиваю флэшку и их бумаги.
— Передайте ему, чтобы больше не смел меня беспокоить.
Один из них хмыкает, намекая, что это не мне решать, а второй напряженно жует жвачку. Первый пролистывает договор, наверное, чтобы убедиться, что все страницы на месте, и они уходят обратно в темноту ночи.
На следующий день мы с подругами с потока собираемся отдохнуть и отметить день рождения Кати. Полдня я ездила по магазинам, выбирала, что бы такое ей подарить.
Я очень стараюсь не смотреть каждые пять минут на дисплей телефона, но мне внезапно приходит сообщение от Гоши, и я теряю дар речи. На фотографии — он стоит перед зеркалом в ванной в полотенце на бедрах, и я могу лицезреть его сексуальное тело.
Меня мгновенно прошибает током с макушки до того самого места, вся энергия концентрируется где-то ниже живота, и я очень остро ощущаю, чего хочу.
Вспоминается наш первый секс, когда он прижал меня к холодной кирпичной стене в переулке и сделал это чуть ли не у всех на глазах. О, боже.
Надо бы повторить.
От этих мыслей мне становится жарко.
Надо будет тоже ему что-нибудь прислать. Никогда не делала подобного и теперь очень хочу.
Наконец выбрав подарок и завернув его в красивую обертку с большим бантом, я отправляюсь домой.
Пора собираться, а то я опоздаю.
Подхожу к машине — звонит Катя.
— Анжелика, ты не опоздаешь?
— Ты читаешь мои мысли. Я буду вовремя. Уже еду домой собираться.
— Давай, я очень жду.
Быстро долетаю до дома, принимаю душ и выбираю длинное черное платье с разрезом до середины бедра. Подхожу к зеркалу и делаю фото для Гоши. Отправить. Отлично.
Жаль, Гоша не читает. Ладно, я подожду.
Я уже готова. Платье, туфли, сумочка на плече. Предвкушение праздника, улыбка на губах. Сегодня день рождения моей подруги, и я должна повеселиться. Хоть ненадолго забыть обо всем.
Хватаюсь за ручку двери, предвкушая свободу, и… замираю.
Дверь открывается, и я вижу его.
Мирон.
Стоит прямо передо мной. На пороге моего дома...
Внутри все леденеет. Сердце просто останавливается и почти не бьется. Я не ожидала его увидеть. Никак не ожидала.
Его взгляд — непроницаемый, как всегда. Лицо — хмурое и сосредоточенное.
Белая рубашка, черный костюм, стильная стрижка…
Что он здесь делает?
В горле пересыхает.
Он молчит. Смотрит на меня, не отрываясь.
Страх медленно, но верно заполняет меня.
Я пытаюсь закрыть дверь, но он перехватывает ее, не давая мне даже шанса.
Он здесь. И это происходит на самом деле.
Глава 19. Мирон. Будет, как я сказал.
Ночной воздух обжигает легкие, как самый дорогой виски в мире, опьяняя меня. Четыре года. Каждая секунда — как ржавый гвоздь в крышку гроба моей свободы. Но теперь я здесь.
Медленно подхожу к двери и палец зависает над звонком, я отчего-то еще думаю, что сказать, но она лишает меня этой возможности, открыв дверь…