— Досрочно — не то слово…
— Так, мне надо съездить на рынок за продуктами на ужин. Вы же дома будете ужинать?
— Думаю, да.
— Мой совет — ешьте дома. Лучше домашней сбалансированной еды нет ничего. Никакие рестораны с их хитрыми пищевыми уловками не заменят домашний ужин, Анжелика.
— Ты готовишь лучше, чем в ресторане.
— Есть какие-то пожелания?
— Рыбки, — улыбаюсь я.
— Будет без костей и уложена на овощную подушку с вишневым соусом. Вишня у одного деда с собственным огородом — отменная. Не перестаю радоваться, закупая у него продукты. Кстати, он сам делает варенье и вялит рыбу. Надо попробовать.
— Обязательно, — вежливо улыбаюсь я, заглядывая в его вдохновленные глаза. — Ты мне напоминаешь художника.
— Все верно. Рисование и приготовление пищи — искусство.
Он снимает фартук, бережно вешает его на крючок и отправляется в коридор.
Никита — школьный друг Мирона. Когда у него были проблемы — Мирон помог ему и дал работу в своем доме. Кажется, Никита бесконечно ему благодарен и, кстати, он замечательный повар.
Одна мысль меня тяготит, не переставая — Мирон не знает о моих отношениях с Гошей. И, если узнает — все начнется заново, и кто-то обязательно пострадает. Пальцы мгновенно холодеют, а паника едва ли не накрывает меня. Нет, спокойно. Он не узнает ничего. Я все расскажу Гоше при встрече, и мы вместе решим эту проблему.
Вызываю такси и еду к своему дому — там осталась моя машина. Отцовскую «Бэху» не могу оставить одну. Совесть не позволяет. Она как часть меня.
Едва я успеваю выйти из такси, как ко мне направляется Сеня и… Толик тоже здесь. Вылезает из машины, уминая гамбургер. Вот уж действительно парочка "Твикс".
— Приехала за вещичками, красотка? — язвит Сеня.
— Он опять приставил ко мне своих верных псов?
— Сучка ты, Анжелика, — отвечает Толик. — Столько лет тебя не видел, а бесишь меня все также.
— Это чувство взаимно, — отвечаю ему и иду к гаражу.
Сеня дергает меня за плечо и преграждает путь.
— Анжелика, а Мирон не знает о твоем маленьком секрете?
— Отвали от меня! И руки убери, — шиплю я, как настоящая змея, мысленно представляя, что со мной сделает Мирон. А что он сделает с Гошей — на это даже фантазии не хватает...
— Он меня едва не грохнул, когда я высказал свое предположение. Не поверил, что ты ебешься с этим очкастым мудаком, — Сеня нависает надо мной и старается говорить негромко.
— Что ты хочешь?
— Я хочу, чтобы Мирон снова мне доверял. Ты мне поможешь, иначе он тебя похоронит и дружка твоего. Будете спать вместе, как Ромео и Джульетта.
Я ощущаю, что вот-вот расплачусь от его слов. Сеня знает обо мне и Гоше, а это добавит проблем.
— А я чем могу тебе помочь?!
— Я знаю, что Никос к тебе обращался. Скажи, зачем!
— Я переводила ему бумаги от новых поставщиков из Бразилии.
Я смотрю на Сеню огромными испуганными глазами.
— Ага, значит Никос расширяется. Очень интересно.
Сеня отпускает меня, я быстро сажусь в машину и отправляюсь в галерею.
Мирон не должен узнать о Гоше, пока я не решила, что делать дальше. Гоша вернется, и мы обязательно что-нибудь придумаем. Вместе.
В галерее я все выкладываю Кате, как на духу. Мне снова настолько страшно, что я не могу все держать внутри. Эти эмоции сковывают мою волю, заставляют трястись, как осиновый лист.
— Плохо дело. Очень плохо, Анжелика, — выдыхает Катя. — Я не знаю, что тебе делать. Гоше надо срочно сказать.
— Нет, только лично. А Гоша — в отъезде.
— Влипла ты опять.
— И не говори! Спокойные дни закончились. Теперь меня преследуют Чипп и Дейл.
В два часа дня я говорю куратору, что неважно себя чувствую и она отпускает меня раньше.
Быстро, как только могу, я заезжаю домой и забираю телефон. Полно сообщений и пропущенных звонков, вот только ни одного от Гоши. Но мое сообщение с фотографией все же прочитано. И от этого у меня немного поднимается настроение.
Направляюсь в офис Андрея Игоревича. Он записал несколько голосовых, надо подписать документы.
Я немного пришла в себя, когда забрала телефон. Но расстроилась, что Гоша не написал абсолютно ничего. Не буду ему пока сообщать о возвращении Мирона. Он же там занят, не к чему ему волноваться за меня.
Входящий звонок выбивает меня из моих мыслей — Сеня, его еще не хватает.
— Я слушаю.
— Анжелика, — грубо начинает он, — это я готов слушать.
— Что ты хочешь знать?
— Хочу знать, какого черта Никос обратился к тебе?
— Он сказал, что доверяет мне.