– Катерина Ивановна, давайте немного пройдемся, – внезапно предложил Бурдуков. – Я давно хотел рассказать вам одну любопытную историю…
Кэтти взяла его под руку, и они двинулись по каштановой аллее. Женни почувствовала, как пульс начинает учащенно стучать. Нетрудно было догадаться, что ее нарочно оставили наедине с Березневым. Но зачем, черт возьми?! Выразить ему свою благодарность она могла и при посторонних. Неужели это сам Березнев незаметно попросил Бурдукова уйти и увести Кэтти? Но ведь это так неприлично! И, вдобавок, опасно. Что, если Ипполит начнет искать ее и найдет здесь, рядом с чужим мужчиной? Как бы не получилось нового скандала.
– По-моему, вам нужно еще немного выпить, – раздался позади нее насмешливый голос Березнева. – Может, тогда вы расслабитесь и перестанете забивать голову нелепыми опасениями… Не бойтесь, графиня, никакого скандала не будет, если Турновский увидит нас здесь. И потом, наши друзья не ушли далеко, они гуляют поблизости и скоро вернутся назад.
Женни вспыхнула и бросила на него виноватый взгляд.
– Ради бога, Михаил Павлович, не обижайтесь! Я сама не знаю, чего так встревожилась. Ужасно глупо! Веду себя, как… Даже слова не могу подобрать.
– Просто у вас сегодня был непростой день, – мягко произнес он. – Столько впечатлений!
– О да! – с сарказмом воскликнула Женни. – Впечатлений и впрямь выше крыши. Особенно за последний час, – она повернулась к Березневу и посмотрела на него с глубокой признательностью. – Михаил Павлович, я просто не знаю, как благодарить вас. Уже второй раз вы спасаете меня от опасности!
– Ну, в этот раз ситуация была не опасной, а всего лишь чертовски неприятной, – усмехнулся он. – Что они могли сделать вам? Да ничего. Постояли бы и ушли, видя, что вы не собираетесь доставить им удовольствие своими слезами. Хотя этот Ваксель заслужил, чтобы ему съездили по морде. Черт, еще и фамилия такая нелепая!
– Прямо как в анекдоте, – подхватила Женни. – Или в комедиях Гоголя. По-хорошему, мне нужно было не теряться и самой дать ему пощечину.
– Ну что вы, так не положено, – иронично возразил Березнев. – Это не по канонам куртуазных романов. Благородная дама не должна сама расправляться с обидчиками. Ей полагается жалобно стонать и дожидаться рыцаря-избавителя.
Женни рассмеялась, кокетливо встряхнув локонами.
– Хорошо, ежели такой рыцарь появится. А ежели нет?
– Интересный вопрос! Тогда, наверное, ничего не остается, как забыть о своей принадлежности к племени хрупких созданий. В конце концов, ведь женщины не намного слабее мужчин, а в схватке не всегда побеждает тот, кто сильнее физически – часто побеждает более ловкий и находчивый… Ну, так налить вам еще коньяка? – спросил он, подходя к скамейке. – Хотя бы полрюмки, для поднятия настроения?
– Да, – ответила Женни. – Хотя настроение у меня и так отличное.
Березнев глянул на нее с задорной усмешкой.
– Рад это слышать, сударыня. Так, стало быть, вечер не испорчен?
– Ни капельки! – пылко отозвалась она.
Березнев наполнил рюмки и вручил одну из них Женни.
– За вас, моя красавица, – сказал он, поднимая свою рюмку.
Настроение Евгении сделалось еще более приподнятым. В голове у нее чуть шумело, но пьяной она себя не чувствовала, лишь испытывала приятную расслабленность. И еще ощущала игривый настрой, которому совершенно не хотелось противиться.
– Чудесная ночь, правда? – спросила она Березнева. – Обожаю такие жаркие ночи, когда можно гулять в легком платье.
– Кто же их не любит? – усмехнулся он.
– А у вас есть дача или загородное имение?
– Есть. Недалеко от Павловска. Только я там мало бываю. Я ведь почти все время работаю, Женни… Ничего, что я назвал вас по имени?
– Ничего, – ответила она. – В конце концов, глупо церемониться после…
– После всех приключений, что мы пережили за наше недолгое знакомство? – весело спросил он. – Да, это верно. Но тогда уж и вы называйте меня запросто Михаилом.
– Нет, я так не смогу. Неудобно обращаться по имени к такому… солидному мужчине!
Березнев посмотрел на нее с легкой озадаченностью.
– Черт побери, Женни! Неужели я и вправду кажусь таким… хм-хм… солидным? Может, еще и степенным? Или важным?
– Нет, всего лишь солидным, – со смехом отвечала она. – А еще ужасно серьезным и умным.
Березнев возвел глаза к небесам.
– Вот уж не думал, что произвожу на молодых женщин такое кошмарное впечатление.
– А еще вы кажетесь мне… – глаза Евгении наполнились озорством, – похожим на графа де Бюсси из романа «Графиня де Монсоро». Когда я читала книгу, представляла себе героя примерно такой внешности, как у вас… Что вы смеетесь? Я думала, мое сравнение польстит вам! Или вы не читали этого романа Дюма и не представляете, о ком идет речь?