– Не бойтесь, – прошептал Березнев, стискивая руку Женни. – Он не сделает выстрела. Только не провоцируйте его, стойте спокойно!
Бандиты забрались в экипаж, кучер вскочил за свое место и яростно хлестнул лошадей. Несколько секунд – и карета скрылась за поворотом улицы, оставив за собой столб клубившейся пыли.
– Разрази меня гром! – воскликнул рыжеволосый паренек. – Да это же самая натуральная бандитская шайка!
– Похоже на то, – задумчиво отозвался Березнев. – Ну-ну, моя дорогая, успокойтесь! – ласково произнес он, поворачиваясь к Женни и встревоженно всматриваясь в ее бледное лицо. – Все позади, вас больше никто не обидит!
– Господи, Боже ты мой, – пробормотала она, начиная приходить в себя. – Не верится, что все это случилось со мной!
– Чего они хотели от вас? – спросил Березнев. – Как я понимаю, они требовали, чтобы вы сели в их карету и куда-то с ними поехали?
Окончательно придя в чувство, Женни сбивчиво рассказала ему всю историю, начиная от полученной утром записки.
– Похищение с целью шантажа? – предположил Березнев. – Что ж, в наше время подобное иной раз случается. Видимо, мерзавцы узнали про наследство вашего мужа и решили заманить вас в ловушку, чтобы вытянуть с него кругленькую сумму… Но хорошо, что все благополучно закончилось! – прибавил он с бодрой улыбкой. – Только вам нужно наперед быть осмотрительней. И, конечно, первым делом хорошо изучите почерк супруга: ведь записка наверняка была написана не им!
– Вы правы, – кивнула Женни. – Но все дело в том, что мы с мужем никогда не переписывались… Поэтому я и не знаю его почерка, – она неловко кашлянула и признательно посмотрела на Березнева. – Господин Березнев, вы только что спасли меня от ужасной опасности! Даже не знаю, как и благодарить вас. Вы повели себя, как настоящий герой…
– Ну что вы, мадам, перестаньте! – отмахнулся он. – Нет ничего геройского в том, чтобы накостылять двум негодяям не особо крепкого сложения. Одно досадно: не удалось скрутить их и доставить в полицию. Таким молодцам самое место в тюрьме.
– Как бы они не подожгли из мести ваш магазин, – с тревогой заметила Женни. – От таких головорезов можно всего ждать!
Березнев успокаивающе улыбнулся.
– Не тревожьтесь об этом. Мой магазин надежно охраняется, да и связей в полиции у меня хватает.
– И откуда же у фабриканта связи в полиции? – не удержалась от вопроса Женни.
– Как откуда? – простодушно удивился он. – Презенты же делаем нужным людям!
– Понятно, – улыбнулась Женни. – Еще раз огромное вам спасибо, господин Березнев! Вы – мужественный и бесстрашный человек, каких в наше время нечасто можно встретить, – она одарила его благодарным взглядом и огляделась. – Интересно, здесь можно поймать экипаж, чтобы доехать до гостиницы?
– Зачем ловить? Садитесь в мою карету, я вас довезу. Меня-то, вы, надеюсь, не боитесь? – Березнев лукаво прищурился.
– О нет, вас нисколечко не боюсь! – горячо воскликнула Женни. И тут же смущенно потупилась, устыдившись своей эмоциональности.
Карета Березнева была обита изнутри коричневым бархатом, на окнах висели кремовые шелковые занавески. Женни быстро расслабилась в этой уютной обстановке, и между нею и Березневым завязался приятный разговор. Поначалу, правда, говорил один он, считая своей обязанностью развлекать даму, а Женни больше помалкивала и слушала. Так она узнала, что Березневу тридцать два года, что он сын обедневшего дворянина, женившегося для поправки состояния на купеческой дочери. Дед Березнева торговал лесом, а затем открыл мебельную фабрику под Москвой, которая благополучно существует и поныне. А Михаил Павлович обосновался в Петербурге, потому что он здесь родился и любил этот город больше Москвы. Когда-то его отцу пришлось уехать в Москву, потому что петербургская жизнь стала ему не по карману, но после женитьбы он сюда вернулся. Детство и юность Березнева прошли в разъездах между Петербургом и Москвой, и он с ранних лет решил пойти по стопам деда – сделаться фабрикантом и купцом.
– Интересная у вас биография, Михаил Павлович, – промолвила Женни. – А вот мне про себя особо и рассказывать нечего. Жила в своем родном Смоленске, пока не вышла за графа Турновского. Обычная семья и обычная жизнь. Да и я тоже – самая обычная провинциальная барышня, не блещущая ни красотой, ни талантами.
– Ну, не знаю, как с талантами, а красотой матушка-природа вас явно не обделила, – с улыбкой заметил Березнев.