Тяжело застонав, Косяк медленно перевернулся набок. Все тело затекло и онемело от неудобной позы. Судя по тому, как кожу проколол миллиард иголок он провалялся на голой земле как минимум часов шесть.
- Мать перемать, роди меня заново. Как больно то...
Шипя сквозь зуб ругательства, он поднялся на четвереньки и замотал головой. Рядом кто-то радостно завозился и Косяк вновь уткнулся в землю, но уже придавленный немалой тушей.
- Да тише ты, чугунная задница. Живой, я живой. Почти. А если ты не слезешь с меня, то стану совсем не живой. Брысь с меня, ведро с гайками.
Осчастливленные оживанием двуногого, шептуны закрутились вокруг человека двумя радостными щенками. Стараясь подставить голову под ласку, вслушиваясь в слабые эмоции человека, Белка и Черныш не знали как угодить человеку, лишь бы тот побыстрее пришел в себя. Ведь им так много нужно обсудить, получить ответы и разобраться со странным окружающим миром. Оказывается в нем, кроме их друга есть множество двуногих которые очень похожи на него, но почему-то глухих и немых к их просьбам. А еще оказалось много странных игрушек...
- Да тихо вы не тараторьте, - встряхнув головой, Косяк неуверенно себя ощупал.
Конечно, видок у него был еще тот. Его пыталось прожевать невиданное животное, в пасти которого было как минимум тысяча острейших как бритва зубов. Но видимо оно подавилось и выплюноло его наружу. При этот так презрительно- сквозь зубы.
Сквозь туман, застилавший глаза и не дававший четкой картины, он смог только рассмотреть свое тело. И то вблизи и слеповато щурясь. Вид множественных порезов, что уже покрывшись корочкой, украшали все руки и тело бурыми полосами, добавили к недоуменному состоянию еще множество вопросов. Рядом же обнаружились два ручника с пустыми обоймами, тускло блестели 'сестрички' покрытые засохшей зеленой жижей. И тут вернулась память...
Побоище. Блестящие смертью клинки, трехпалые конечности роботов, множество стальных тел сливавшихся в сплошную волну проворных бестий и тела растерзанных людей. И все это накатывало на него, бурлило, пыталось его придушить, но он не сдавался. Он стоял над бездыханным телом местного парня, и не давал роботам продвинуться и на метр, превратился в пробку в узком горлышке-туннеле из обломков и завалов самодельных баррикад. Парнишка?
- Точно, был местный бугай. И где этот спартанец хренов..., - проворчал Косяк неуверенно поднимаясь на ноги.
Все тело заныло. Налитые тяжестью мышцы отдавались болью и категорически не хотели подчиняться. Бастовали и кости, что хрустя каждым суставом, протестовали его попыткам встать с четверенек. Подхватив мечи, и опираясь на них как на палки, он, с матом и резким выдохом, сумел подняться. Туман рассеялся и вместе со зрением вернулось осознание не бывалой тишины.
Насторожено оглядывая застывшую вокруг толпу Косяк криво улыбнулся.
- Здрасте мордасте ... - обведя взглядом неподвижных людей, Косяк растеряно ляпнул первое пришедшее в голову, - я пришел с миром.
Ответом была звенящая пустота.
Косяк насторожено следил за малейшим движением, но никто не собирался нападать. Даже наоборот, на застывших вокруг лицах воинов и людей в синих балахонах читалась растерянность от незнакомой речи, вкупе с неподдельным любопытством. Но это не мешало им так же настороженно держать руки вблизи оружия. Почувствовав напряженность двуногого, шептуны заняли позиции по сторонам. С легким шелестом открылись створки на гробах и на свету показались заалевшие боевым режимом раструбы плазменных орудий.
Лица людей в толпе побледнели. Глаза нервно забегали по сторонам, а руки потянулись к оружию. По видимому, они были свидетелями на что способны эти неприметные горбы на спинах. Немая сцена затянулась. Спустя несколько минут послышался властный окрик. Требовательные нотки и движение в конце толпы оповестили, что ситуацию сейчас будут решать.