Выбрать главу

- Учи­тель, я при­ве­ла гос­тя.

- При­са­жи­вай­ся ря­дом, Да­на, - про­зву­чал ед­ва раз­ли­чи­мый го­лос.

Об­ра­тив на гос­тя взгляд дав­но вы­цвет­ших от ста­рос­ти глаз, по­че­му-то так и не про­шед­ше­го омо­ло­же­ние че­ло­ве­ка, учи­тель по­свя­тил со­зер­ца­нию Кор­ви­на це­лую ми­ну­ту.

- Очень ин­те­рес­но. Я бы да­же ска­зал весь­ма, - про­го­во­рил ста­рик с лег­кой улыб­кой на гу­бах, - Про­пус­тим офи­ци­аль­ную бол­тов­ню . Я слиш­ком стар, что­бы тра­тить вре­мя на вся­кие ус­лов­но­сти. Ска­жи мне юно­ша, что же при­ве­ло в сте­ны мо­ей шко­лы вы­со­ко­род­но­го от­пры­ска знат­но­го ро­да?

- Же­ла­ние стать яча­ром.

- Же­ла­ние, это по­хваль­но, но толь­ко же­ла­ния не­дос­та­точ­но. Ячар это со­стоя­ние ду­ха и те­ла, это по­сто­ян­ная ра­бо­та над со­бой на про­тя­же­нии всей жиз­ни. Раз­ве тот пе­ред кем от­кры­ты дру­гие до­ро­ги, го­тов по­свя­тить се­бя из­ну­ряю­щим за­ня­ти­ям, ущем­ле­нию сво­их же­ла­ний, и при­но­ше­ния сво­его я в по­сто­ян­ную жерт­ву?

- На­став­ник, вы ме­ня пу­тае­те с те­ми, кто пре­да­ёт­ся уве­се­ле­ни­ям, раз­вле­че­ни­ям с мо­ди­фи­ци­ро­ван­ны­ми кра­сот­ка­ми. Я млад...

- Я знаю кто ты, и да­же чув­ст­вую в тво­ём те­ле ос­тат­ки не­пра­виль­но с мо­ду­ли­ро­ван­ных пле­тей... Ты уже уми­рал на аре­не, маль­чик мой. Я все это ви­жу... но я не ви­жу от­ве­та. По­че­му ты хо­чешь стать Вла­ды­кой те­ней?

Взгляд стар­че­ских глаз ка­за­лось прон­зил его на­сквозь. От этих двух сап­фи­ро­вых игл, что вон­зи­лись бур­ным по­то­ком и бу­к­валь­но сме­ли все за­го­тов­лен­ные ра­нее от­ве­ты, Кор­вин вдруг ощу­тил се­бя го­лым и без­за­щит­ным.

В по­след­ний мо­мент удер­жи­вая рву­щие­ся на­ру­жу сло­ва, Кор­вин ед­ва не при­ку­сил язык, но су­мел мед­лен­но и с дос­то­ин­ст­вом ска­зать:

- Я дос­то­ин боль­ше­го.

- Хо­ро­шо дер­жишь­ся, маль­чик. А ес­ли вот так...

Последние слова совпали с волной дикого ужаса. Поднимаясь из самой глубины сознания, из области дремучих инстинктов, прорываясь сквозь путы воли, на поверхность ощущений вырвался беспричинный страх. Проникая щупальцами за щиты самообладания, ужас лишал силы и уверенности в себе...  и по щекам Корвина потекли слезы бессилия.

Часть соз­на­ния осоз­на­ва­ла, что это не его ощу­ще­ния, что это не его сей­час бу­дут чет­вер­то­вать и ли­шать го­ло­вы, но чу­жая во­ля, раз­ру­ша­ла кар­ти­ну ми­ра, на­вя­зы­ва­ла свою ре­аль­ность, где Кор­вин был маль­чиш­кой рас­пя­тым в объ­я­ти­ях чу­до­вищ­но­го ось­ми­но­га.

Рас­тя­ги­вая щу­паль­ца­ми че­ло­веч­ка, слов­но на ды­бе, сво­им един­ст­вен­ным гла­зом чу­до­ви­ще про­све­чи­вал его на­сквозь. Этот взгляд был как скаль­пель. Он сни­мал ко­жу слой за сло­ем, и от бо­ли не бы­ло спа­се­ния.

Пы­та­ясь про­ти­во­сто­ять чу­жо­му вме­ша­тель­ст­ву, чу­жой во­ле, ско­вав­шей его как жу­ка в ян­та­ре, Кор­вин пы­тал­ся со­про­тив­лять­ся. Ста­ра­ясь вы­рвать­ся из стран­но­го оце­пе­не­ния, он сту­чал ку­ла­ка­ми о не­ви­ди­мую сте­ну, пы­та­ясь раз­бить не­ви­ди­мую пре­гра­ду, с ка­ж­дой се­кун­дой и вдо­хом он все больше осознавал своё бес­си­лие.

Стена между ним и реальностью становилась только толще, а стекло мутнее. А следом, невидимая преграда превратилась в непоколебимую гранитную стену.

Кор­вин за­кри­чал.

За­кри­чал всем ес­те­ст­вом, ду­шой и те­лом. Вкла­ды­вая в крик всю злость, всю боль, всю на­ко­п­лен­ную за жизнь го­речь раз­оча­ро­ва­ния, все то, что за­став­ля­ло его дви­гать­ся впе­ред, Кор­вин вло­жил в крик все­го се­бя и сте­на дрог­ну­ла.