- Молодец, запомнил, вот только упустил, что из-за средней пары манипуляторов к брюшине ты хрен подберешься. Ладно, сейчас одевай вот эту броню и будем подбирать оружие.
Со щелчком вгоняя сегменты доспехов, наставник проворными движениями собирал воедино составной доспех пешего легионера.
Черная кольчуга из тяжелой чешуи тускло блестела в лучах потолочных фонарей ровными гранями. Поверх нее был положен гладкий грудной панцирь, к которому прилагались наплечники с мышечными усилителями, и пояс с накопителями энергии. Но наставник больше времени уделял двум щитам.
Круглые щиты едва закрывавшие часть руки сияли свежим термическим покрытием, поверх которого были натянуты ячейки мелкоячеистой сети из сверхпрочного сплава. Конечно, прямой удар вибромеча она не выдержит, но вскользь, на излете, сеть вполне способна выдержать разрывающее усилие в сотню килограмм на сантиметр. А для бойцов, которые делают ставку на маневр, этого вполне достаточно.
По кромке щитов змеилась темная набойка испещренная бороздами энергоканалов, внутри которых мерцал дежурным огнем контур поглотителя силового поля. Спрятанный внутри щита преобразователь способен был впитывать энергию из щитов киборгов как губка. Вот только емкость у поглотителя была небольшая, ее хватало всего лишь на создание кратковременной дыры в энергетических щитах.
- Вот! Нашел! - довольно прорычал наставник из глубины арсенала.
Выйдя к основной куче снаряжения, протянул длинные наручи. Слишком массивные для обыкновенного элемента брони легата, наручи чернели вороненой сталью и бросались в глаза замысловатым узором. Но когда под ловкими касаниями пальцев, продолговатые цилиндры медленно раскрылись, взору предстал сложный энергетический узор на внутренней стенке.
- Не думаю что Саркис знаком с таким фокусом южных секторов, - многообещающе ощерившись, наставник кивнул на кучу снаряжения, - значит так, малец, сейчас облачайся и запоминай, что тебе предстоит сделать...
Вечерние сумерки опустились на расположившийся на привал караван вместе с прохладой и стрекотом сверчков. Но вместо привычной вечерней суеты, когда караванщики проверяют грузовые риперы и целостность креплений грузов, а свободные легионеры, травят истории или азартно проигрывают друг другу немалое жалование, почти все свободные от вахт люди собрались на краю леса.
Под звездным небом в небольшой впадине была оборудована арена. Десятиметровый овражек был огорожен силовыми эмиттерами. Стальные шляпки накопителей сияли в дежурном режиме. Сквозь призрачные линии спокойно проходил любой желающий. Но во время боя, лучи напитывались энергией и превращались в гудящие мощью жгуты, соприкосновение с которыми отставляло на теле приличный ожог и отталкивало человека обратно к центру ристалища.
Рядом высился частокол из копий, на вершине которых вешались массивные фонари дававшие многочисленным зрителям расположившимся на вершине холмов, во всех подробностях рассмотреть происходящее внизу зрелище.
Выкатившись из-за строя технарей, трех метровый многорукий комок механических сочленений, распался и превратился в помесь гусеницы и паука переростка. Выгибая переднюю часть тела назад, вздернутые к небу передние конечности распустились стальными клинками и плавно раскачиваясь из стороны в стороны, "секач" предстал во всей своей уродливой красе. Под свист и насмешки легионеров, и под крики одобрения и подбадривания техников, киборг застыл в своем сегменте круга. Следом за кибом, в периметр арены внесли кокон кресло оператора. Под сплетением панелей и паутины кабелей, угадывался силуэт погруженного в транс управления старика.
Секач осмотрел периметр, и словно принюхиваясь и примиряясь, истоптал всю траву. Определившись с тактикой, киб застыл перед серым коконом, неподвижным изваянием, готовым в любой миг броситься на любого, кто посмеет приблизиться к телу беззащитного оператора.