С другой стороны ристалища, под одобрительный рев легионеров, приветствующих своего представителя ритмичными ударами палиц о не активированные щиты, выходил квадр облаченный в полный доспех "легата".
Тонкая термическая кольчуга до колен облегала тело, а поверх нее были уже одеты и плотно пригнаны элементы брони. Второй экзосклет мышечного усилителя маскировался под массивным панцирем, собранным из нескольких элементов свободно ходивших на шарнирах и не стеснявших движений. Все суставы и кости были прикрыты дополнительными накладками, и в довершение к общему впечатлению закованного в сталь броненосца, нижняя пара рук держала по небольшому щиту, а в руках сияли красным свечением боевые палицы.
- Вольные люди Осириса, - прокричал Кармат, выходя в центр ристалища, - Согласно древнему обычаю, когда двум людям тесно в одном месте, когда кончились слова и нет никого кто мог бы их справедливо рассудить, выход один- ПОЕДИНОК!
Перекрывая рев разгоряченной и требующий зрелища толпы, Кармат вновь поднял руки требуя тишины.
- Сегодня, мастер Саркис, тысячник Техно Гильдии, вызвал на поединок молодого легионера первой линии, Юргана пока без прозвища. Что ты ему ответишь, легионер?
- Я принимаю вызов! - прокричал Юрган не сводя с кокона горящего взора.
Там, в полулежащем кресле, с массивным обручем на голове, старик находился в царстве сенсоров и датчиков киба. Слившись с машиной в одно целое, оператор чувствовал и ощущал мир бортовыми системами боевой машины, и по сути был сознанием стального монстра.
Глубоко выдохнул, Юрган подошел к середине ристалища и демонстративно плюнув в сторону монстра, презрительно скривился.
- Тысячник Саркис, превратился в старика! - пользуясь невозможностью киба говорить, Юрган выплевывал оскорбления по заранее спланированной задумке, - Силы покинули его, а мозгами стал слаб настолько, что единственное на что он способен, так это пускать слюни при виде мужской задницы! Он позорит звание тысячника, таким как он не место в стае!
- Ты понимаешь, что это значит мальчишка? За такие слова, поединок длится до смерти!
- Я готов собственной жизнью подписаться под каждым словом, - прокричал в ответ Юрган.
Притихшая была толпа недоуменно заворчала, зашумела, но затем взорвалась восторженным ревом. Зрелище обещает быть еще более захватывающим чем предполагалось!
Кармат развернулся в сторону вождя, восседавшего в окружении четырех телохранителей на вершине холма. Озадаченно переводя взгляд с молодого легионера на ячейку с оператором, вождь поморщился как от запаха тухлятины. Интрига была шита белыми нитками, и ему только оставалось быть зрителем и надеяться что Саркис еще не совсем выжил из ума, и раскатает сопляка в лепешку.
- Вольные люди Осириса, легионер поднял ставку. Поединок до смерти! На ристалище двое... уходит один!
Как только рука судьи опустилась вниз, "секач" разом присел и ... контур киборга размазался в воздухе. Придав стальному монстру ускорение, словно вылетевшему из катапульты снаряду, все шесть механических лап застыли в атакующем положении. Расцветая в полете оголенными мечами, на застывшего легионера летел диковинный цветок с лепестками из острейших лезвий.
С коротким кувырком легат, поднырнул и ушел в сторону. Останавливаясь и разворачиваясь в сторону просвистевшего над головой киба, Юрган возбужденно облизнул губы. Не отрывая взгляда от монстра, выворачивающего из дерна конечности, он старался сдерживать в себе рвущегося наружу зверя. Та слепая ярость, что всегда вырывалась на свободу в момент смертельной опасности, уже рычала и требовала выхода наружу, вгрызалась в прутья припадками бешенства, требовала выпустить ее из клетки, и дать растечься по телу обжигающей волной. Но Юрган знал, этого делать нельзя. Как только он отдастся эмоциям тела только прошедшего барьер, то потеряет контроль над собой, но в этой битве, этого ни как нельзя допустить.