Выбрать главу

Об­жи­гаю­щая боль, и пе­ле­на пе­ред гла­за­ми. Весь мир су­зил­ся до бле­ска ме­чей и че­ре­ды уда­ров о щи­ты. Те­ло пре­да­тель­ски дро­жа­ло, но­ги как ват­ные не же­ла­ли тан­це­вать, дви­гать­ся, толь­ко боль­ше врас­та­ли в зем­лю, а в гру­ди рас­те­кал­ся хо­ло­док и он уже не чув­ст­во­вал кон­чи­ков паль­цев рук.

Это был ко­нец.

В соз­на­нии все ча­ще мель­ка­ли эпи­зо­ды из вос­по­ми­на­ний всей ко­рот­кой жиз­ни. Пер­вые вос­по­ми­на­ния о яс­лях. Ли­ца стар­ших ма­те­рей. Пер­вая дра­ка за пор­цию. Пер­вый ко­тел. Ощу­ще­ние соб­ст­вен­ной си­лы, ко­гда со­пер­ник слом­лен и ва­ля­ет­ся у тво­их ног. А те­перь те­бе са­мо­му при­дет­ся так же пасть пе­ред сталь­ным мон­ст­ром. Под­чи­нить­ся бо­лее силь­но­му. Сдать­ся и уй­ти в тем­но­ту. Но что-то ме­ша­ет, свер­бит и по­сто­ян­но те­ре­бит.

Пе­ред гла­за­ми всплы­ли без­дон­ные си­ние гла­за Де­ми на­пол­нен­ные сле­за­ми и бо­лью. Ли­цо ис­ка­жен­ное без­молв­ным кри­ком от­чая­ния и при­зы­ва не сда­вать­ся. И да­ле­кие сло­ва слов­но про­бив­шие­ся че­рез тол­щу во­ды: " Не смей сда­вать­ся! Сра­жай­ся во­ин! Ты обе­щал вер­нуть­ся!"

По­ды­ма­ясь на встре­чу это­му при­зы­ву, из глу­би­ны соз­на­ния спе­шил зверь. Сме­тая все мыс­ли и пред­рас­суд­ки, ди­кое жи­вот­ное дре­му­чих ин­стинк­тов и чис­той яро­сти рва­лось на­ру­жу. С ра­до­ст­ным во­ем вы­рвав­шись на сво­бо­ду, зверь ог­лу­ши­тель­но за­ре­вел...

Ны­рок под ко­неч­но­сти, пе­ре­хват ме­чей поч­ти под ос­но­ва­ние, и ко­гда ка­за­лось мас­са ки­бор­га вот-вот пре­одо­ле­ет со­про­тив­ле­ние уси­ли­те­ля дос­пе­хов и сло­мит че­ло­ве­ка как со­ло­мен­ную кук­лу, па­ли­цы во­ткну­лись в по­след­нюю па­ру ме­чей. Ос­ле­пи­тель­но вспых­нув, вы­со­коэнер­ге­ти­че­ски раз­ря­ды об­да­ли сра­жаю­щих­ся сно­па­ми искр.

Чув­ст­вуя, как ли­ша­ет­ся по­след­них "зу­бов", ки­борг за­бил­ся в па­ни­ке. На­но­ся уда­ры "без­зу­бы­ми" ко­неч­но­стя­ми по кор­пу­су ле­гио­не­ра, пы­тал­ся то­го сбить с ног, по­ва­лить, лишь бы ос­во­бо­дить "жа­ла". Но че­ло­ве­чиш­ка, слов­но не чув­ст­во­вал бо­ли, про­дол­жал удер­жи­вать верх­ние ко­неч­но­сти по­ка лез­вия ме­чей не спек­лись в ме­си­во рас­плав­лен­но­го ме­тал­ла. И толь­ко то­гда от­пус­тил ки­бор­га, и тут же по­лу­чил удар "хо­ду­ля­ми" по го­ло­ве.

Мощ­ный удар обор­вал лям­ки, со­рвал со­чле­не­ние по­зво­ноч­но­го кре­п­ле­ния, и дол­жен был ото­рвать го­ло­ву вме­сте со сле­тев­шим шле­мом, но че­ло­век под­нял­ся с зем­ли.

Ок­ро­вав­лен­ная го­ло­ва, с под­ран­ной до кос­ти ще­кой, по­мя­тые и про­би­тые дос­пе­хи при­да­ва­ли под­няв­ше­му­ся "ле­гио­не­ру" сход­ст­во с ожив­шим мерт­ве­цом, ес­ли бы не взгляд. Бе­зум­ный взгляд, в ко­то­ром не бы­ло ни­че­го че­ло­ве­че­ско­го. Толь­ко жи­вот­ная ярость и ре­ши­мость до­тя­нуть­ся, вце­пить­ся в гор­ло вра­гу, по­бе­дить лю­бой це­ной.

Без­о­руж­ный, ис­те­каю­щий кро­вью, ли­шен­ный ору­жия и щи­тов, с го­лы­ми ру­ка­ми че­ло­век прыг­нул на­встре­чу бро­сив­ше­му­ся на не­го сталь­ной ма­ши­ной смер­ти. Сце­пив­шись с мон­ст­ром в один клу­бок, по­вис у то­го на те­ле. Об­хва­тив сег­мен­ти­ро­ван­ное те­ло ниж­ни­ми ру­ка­ми и но­га­ми, верх­ней па­рой рук схва­тил­ся за за­зор ме­ж­ду ма­лень­кой го­ло­вой и пан­ци­рем. Вго­няя бро­ни­ро­ван­ные пер­чат­ки в за­зор, вы­ры­вал из­нут­ри це­лые сно­пы внут­рен­но­стей ки­бор­га, по­ка от­ту­да не уда­рил фон­тан яр­ко зе­ле­ной жид­ко­сти.

А ко­гда ки­борг упал на зем­лю, по­пы­тал­ся пе­ре­ка­тить­ся, ста­ра­ясь раз­да­вить вце­пив­ше­го­ся че­ло­ве­ка, ле­гио­нер осед­лал спи­ну мон­ст­ра. Из на­ру­чей вы­прыг­ну­ли ко­рот­кие клин­ки ук­ры­тые мер­ца­ни­ем энер­ге­ти­че­ско­го по­ля, и в ос­но­ва­ние греб­ня по­сы­па­лись же­ст­кие уда­ры. Про­би­вая тон­кий ме­талл ме­ж­ду бро­ней спи­ны и ши­па­ми уло­ви­те­лей энер­гии, клин­ки, с хру­стом впи­ва­лись во внут­рен­ние ма­ги­ст­ра­ли. Раз­ру­шая си­ло­вые кон­ту­ры, ли­ша­ли и без то­го ос­лаб­лен­но­го ки­бор­га под­пит­ки от об­ще­пла­нет­но­го по­ля.

На скло­нах ок­ру­жав­ших хол­мов во­ца­ри­лась ти­ши­на. Все на­блю­дав­шие за схват­кой лю­ди бы­ли оше­лом­ле­ны не­ре­аль­ным зре­ли­щем. Стая не мог­ла пе­ре­ва­рить и осоз­нать ре­аль­ность про­изо­шед­ше­го на рис­та­ли­ще. Толь­ко что, на их гла­зах, счи­тай без­о­руж­ный че­ло­век, го­лы­ми ру­ка­ми раз­де­лал "се­ка­ча" в хлам, поч­ти до "мя­са". О та­ком, за всю ис­то­рию "воль­ни­ков" Оси­ри­са еще ни кто не слы­шал.

Ко­гда рас­те­рян­ность ста­ла ус­ту­пать ме­сто вос­хи­ще­нию и на­рас­таю­ще­му ре­ву одоб­ре­ния, над ла­ге­рем ог­лу­ши­тель­но взре­вел тя­же­лый звук тре­вож­но­го гуд­ка.