–- Кто платит? У меня нет!
Мы оторопело стояли, каждый в уме считал содержимое своего кошелька. Не сговариваясь, три руки полезли в сумки и извлекли из них тощие кошели.
–-- Мама не надо! Я вчера зарплату получила, рассчитаюсь, а то и правда мы в этом подвале останемся. Подойдя к столу, Катя подала банковскую карту.
Девушка дресскод с улыбкой взяла ее, но тут же вернула.
–-- В чем дело?
–-- Прошу прощение, но карты «мир» мы не принимаем, --- изобразив на кукольном личике, что- то на подобии извиняющейся гримасы добавила. --Вам лучше рассчитаться наличными. Мне очень жаль!
Без лишних разговоров, наша наличность вновь попросилась на белый свет. Выгребая все содержимое кошелей, а упор был сделан на мелочь, так отяжеляющую их, но абсолютно бесполезную по нынешним временам, рассчитаться было доверено Галке. Она, гордо подняв голову, собрала мелочь, состоявшую из железок номиналом от 10 копеек до 10 рублей в две горсти, высыпала их на стол, и четко произнеся:
-- Считай милая, считай, а, я подожду! – и нависла над столом как грозовая туча.
Головка, дернулась, реснички хлопнули, челюсть приоткрылась.
–-- А что! Других денег нет?
–-- У нас нет...! Ты милая не торопись, считай! А то вдруг, чего не хватит, хозяйка у тебя строгая, рассердится.
С каждой посчитанной монетой состояние девушки ухудшалось, капли пота выступили сквозь макияж, губки тряслись. Наконец, закончив, она подняла на Галку глаза.
–-- Что? Не хватает...! Айя –ай…! –продолжила Владимировна издеваться, над представителем нового поколения, показав на пол.
–-- Вон там, копеечка под стол укатилась! -- подними милая, хозяйка то у тебя малоимущая, а ресницы у тебя красивые, длинные, смотришь, на уборщице и сэкономит. Сначала не сообразив, о чем это ей говорят, затем покраснев как рак, и встав из-за стола, девчушка качнула головой в сторону.
–-- Вам туда!
Видимо здесь была хорошая зарплата! Если бы, это, было не так, то, думаю, обложила бы она нас по полной программе. А сейчас, почти спокойно проигнорировав наши выкрутасы, буквально через пару секунд, она опять, как было при первом нашем свидании, приняла безэмоциональное «андроидное» состояние.
«Вот это выдержка! Мне бы такую», - похвалила я про себя секретаршу мадам Анфисы.
Плотным строем мы двинулись к маячившим перед нами ступенькам, ведущим из подвального помещения на свежий воздух. Скорей, скорей на солнышко, наверх, где летают птицы, шумит ветер, и уже не так важно тепло там или холодно, солнце или дождь. Неважно, какое время года. Там простор, много света и воздуха, нет гнетущего состояния подземелья. Свобода, пусть пока иллюзорная, но свобода. Мы еще не успели подойти к первой ступеньке, как распахнулась наружная дверь и с высоты раздался уже знакомый голос.
–-- Я опять рад вам помочь!
С улицы ворвались потоки яркого света, смешавшись с электрическим освещением, он ненадолго притупил зрение, распустив разноцветные круги перед глазами. Но голос, произнесший эту фразу, нельзя было перепутать ни с каким другим. Заискивающе, льстивые нотки так и перли из говорившего.
–--Анька, твой друг подвалил…! Иди, охмуряй, чтобы не запер…! Да предупреди , что мы рассчитались, - засмеялась Галка, глядя на зардевшуюся Николавну.
–-- Что прямо друг…! Мы пока не близко знакомы, правда!? Подходя к ступенькам и протягивая руку Алексу, - пропела Анька. Мы во все глаза уставились на него, ожидая, с чем пожаловал, и как отреагирует на внимание со стороны нашей подруги.
Он пришел явно с добрыми намереньями, в его обязанности входило проводить гостей, показать им свое радушие и гостеприимство. Но вряд ли он был готов испытывать на себе сексуальные домогательства пожилых дам. За вредность ему скорей всего не доплачивали. Хотя…! Богатых сумасбродок с сексуальными фантазиями наверняка было немало. Наша -то Анька, так себе, баловалась. А там, наверняка, посерьёзней контингент имелся, включая одиозную хозяйку.
Алекс посмотрел на протянутую ему руку, затем на ее владелицу и чтобы не терять собственное достоинство, сделал шаг назад, спрятал обе руки за спину, и прижавшись к двери, облокотился на них, тем самым освободив лестничный проход. Но от нашей подруги, не так-то просто было избавится.
–-- Здесь первая ступенька кривовата, вы не могли бы спуститься и помочь мне, -- заегозила она, как будто и не замечая его реакции.- А то, как в прошлый раз, подвернется нога! Он молча стоял, даже и не думая приближаться. Анька упорно ждала! Но время шло и этот цирк начал всем надоедать.