–- Катя! -- закричала я и вихрем влетела в ее комнату, но дочери там не было. Передо мной стоял молодой, симпатичный парень в джинсовом костюме, и красной бейсболке. Я оторопело посмотрела на бесполое создание.
–-- Вот это да! Клево, тебя и не узнать. Ну, я-то бы узнала, -- соврала я, -- а вот другие точно - нет. Дочь довольная моей оценкой посмотрела на меня.
–-- Ну, а ты что? Одежды набрала?
–-- Я как раз за этим к тебе шла. Давай, я как Ирина с шестого этажа оденусь. Ее-то уже точно никто со мной не свяжет.
–-- А на каблуках ты тоже ходить сможешь?
–-- Ой, подумаешь! -- неуверенно сказала я, слабо представляя себя на таких копытах. В обыденной жизни я предпочитала кроссовки или спортивные туфли с джинсами или брюками в любое время года. И только лето могло заставить меня одеть легкое, просторное платье. Девчонкой я пыталась носить каблуки и модную в те годы платформу, но все эти изыски моды как-то не прижились в моем гардеробе. С возрастом я выбрала самый подходящий мне спортивный стиль одежды, который полностью исключал наличие каблуков.
Я же тогда не знала, какой расколбас может случиться в моей жизни, из-за которого мне придется маскироваться под клоуна на ходулях. Но если бы знала, то, наверняка тренировалась бы по нескольку часов в день. И теперь не только ходила на них, а даже кросс бегала на время.
Пока Катя подбирала мне подходящий прикид, несколько раз звонил мобильник с неизвестным номером. Я, взглянув на дисплей, сбрасывала звонок, в сердцах приговаривая: «ага, сейчас, так я вам и ответила, разбежались!».
От девчонок не было никаких сообщений, я понимала, что нужно с ними связаться, но как? Если мой телефон прослушивается, то и Катюшку могут также слушать, а больше никакой возможности передать сообщение не было. И опять же Анька, она придет за машиной, а тут они! Как ее предупредить?
–-- Мам, ну вот все, одевайся, -- услышала я из своей комнаты, а войдя туда, ужаснулась от разноцветия той одежды, что предлагалась мне для перевоплощения.
Тяжело вздохнув, но не споря и не пререкаясь, я нацепила на себя этот клоунский наряд. Черные капри оказались мне чуть ниже колен и расширялись книзу в виде юбочки. Рыжая, старая косуха была мала на два размера и еле вмещала мою объемную грудь, ее замок мог в любой момент лопнуть. Видимо, поэтому мне на шею был повязан ядовито зеленый шарф.
Но это ещё не самое инетересное: на голову нужно было одеть черный, как смоль парик, а сверху на него такой же зеленый как, шарф беретик. Получился такой не очень маленький ходячий светофорчик. И все это «совершенство» дополняли большие очки в роговой оправе и жуткая красная помада.
После того, как меня экипировали, я была очень рада тому, что не могу посмотреть на себя в зеркало. Теперь еще ясней стало, почему Ирину называют «эта». Просто, другого слова пока не появилось в русском языке, а говоря про человека, нужно же как- то его именовать. Вот, видимо, и стали ее так величать - Ирина с шестого этажа, или просто «эта». Возраста-то, нет. Ни бабушка, ни тетя, ни девушка, только «эта», зато не обидно.
А то как скажут: бабуля, даже плакать хочется, и ответить: какая я тебе бабуля? А здесь - просто Ирина, здорово.
–-- Ботинки мои оденешь, без них ты на Ирину никак тянуть не будешь.
Дочь поставила передо мной что-то напоминающее Эйфелеву башню. От одного взгляда на эти «лабутены» у меня закружилась голова. А еще предстояло одеть их, и что хуже всего – отправляться в них в путь.
Но я также безропотно я натянула на свои ноги это произведение дизайнерского искусства.
«Что не сделаешь ради спасения своей чести и достоинства», -- подумала я, пошатываясь и уже начиная сомневается в своем навыке «канатоходца». Увидев меня во всей красе, Катерина загнулась от хохота.
–-- Ну мам, теперь тебя точно никто не узнает, а если до психушки дойдет, то будет за что.
–-- Что, все так ужасно? — я посмотрела на нее страдальческим взглядом.
–-- Ну, как сказать… Если ты хотела быть похожей на соседку, то тебе удалось. Но по улице так ходить нельзя, слишком много внимания привлекать будешь. А поэтому вот, смотри!
Он на взяла мою старую косуху ярко-рыжего цвета, вывернула ее другой стороной, и та стала коричневой. Куртка была перевертышем, а это означает, что без подклада. Двусторонняя, то есть, я про это давно забыла, как и про существования самой этой вещи.