Она нежно и бережно посмотрела на серое скрюченное нечто. Катя во все глаза рассматривая этого, так называемого друга, изредка бросала недоверчивый взгляд на библиотекаршу. А та, в свою очередь, прервала ее изучение растения словами.
--- Ну что ж, давайте познакомимся с ним поближе.
После чего опустилась на колени и на мгновение замерла. Затем, поднеся обе руки к Пауло, она что -то вспомнила, оглянулась и посмотрев на мою дочь, сказала.
–-- Катюша, что бы вы тут не увидели, очень прошу не задавать никаких вопросов. Просто смотреть, слушать и молчать. Только это вы и должны делать. Поняли?!
Дочь очень активно замотала головой.
–-- Вот и хорошо!
Руки Лауры начали медленно двигаться и я узнала эти плавающие круги. Так наша старушка- соседка обласкивала своего оконного друга. Значит, у нее на окне, тоже сидел Пауло. Только этот не Пауло, а целый Паулино. Он был раза в четыре больше, стоящего перед нами тщедушного создания.
«И что такой недомерок может? Даже интересно посмотреть», --думала я, следя за ее руками, неспешно двигающимися вокруг цветка.
А в это время в шкатулке стали происходить метаморфозы с серым отростком. Он вдруг зашевелился, чуть заметно вздрогнул и стал медленно увеличиваться в размерах. Катюха опустила голову так, что ее нос почти задевал его, мне стало смешно.
«Если шкатулку захлопнуть, то она может остаться без носа», -- весело подумала я. Вся складывающаяся ситуация не пугала меня, а наоборот, забавляла. Я чувствовала себя как дома, мне было комфортно. Уже наблюдая что- то подобное, я не ждала каких-то сверхъестественных событий. Но, оказалось, зря.
Этот Пауло был не совсем такой, как тот, что я видела ранее. Серая масса быстро увеличивалась в размерах, он толстел и пыхтел, как хорошее тесто. Его ствол потерял однородность, но никаких листочков пока не было, свет он не источал. Он рос.
Мне стало не по себе. До каких же размеров он может вырасти? Посмотрев на Лауру, я увидела, что она сидит и томно смотрит на него. Маска восхищения и умиления освещала ее лицо, так глядят матери на своих маленьких детей, точно зная, что они у них самые-самые.
Пока я смотрела на нее, деревце выросло до размера двух баскетбольных мячей и его домик стал ему мал. Шкатулка просто исчезла в его увеличившемся теле. И тогда с ним начали происходить дальнейшие преображения. Мощный ствол потрескался и из образовавшихся щелей, как из почвы, стали появляться маленькие, мохнатые, розовые язычки. Они вылуплялись, будто птенцы из яйца и с каждой минутой их становилось все больше и больше.
Серая шелуха растрескавшись, опала и оголила нежный ствол переливающегося зеленого цвета. Он пульсировал и колыхался, по нему, как по сосудам, проносились четкие ритмичные волны. Язычки превратились в прекрасные трепещущие листочки. С одной стороны они были мохнатые, словно гусеницы, а с другой - гладкие и нежные. Листики начали источать розовое свечение. Сначала слабое, едва уловимое, но с каждой минутой оно становилось все сильней. Деревце отряхнулось, выпрямилось во весь рост, заняв при этом почти весь столик и зазвенело. Звук лился из каждого листочка, он был тихий, нежный, убаюкивающий. Потоки яркого, розового света хлынули в комнату. Они моментально поглотили нас с дочерью и экстрагирующую Лауру.
Исчезло все! Шкафы, книги, окна, потолок, двери и сам Пауло. Ничего не осталось, ничего. Только мы трое и эта звеняще – поющая на разные голоса розовая мгла. Так продолжалось некоторое время, пока волна не стихла и не умолкли звуки.
Я посмотрела на дочь, она сидела с закрытыми глазами. Я тихо позвала ее, но она даже не шелохнулась. Лаура успела встать с колен и стояла во весь рост. Она нежно поглаживала руками розовый туман и что- то подшептывала.
–-- Что происходит!? Где мы! —обратилась я к ней, поднимаясь со стула. Она не успела ответить.
Поднявшись, я попыталась сделать шаг и чуть не упала. Мои ноги, не почувствовав опоры, подкосились. Я стала проваливаться в никуда. Увидев, как я падаю, а скорей всего, услышав мой крик, Лаура схватила меня за руку и резко потянула.
–-- Осторожней, двигайтесь не спеша, вы скоро ко всему приспособитесь, самое главное не торопиться.
Она успокаивающе мне улыбнулась и переключила свое внимание на Катерину, все еще сидящую с закрытыми глазами.
–--Катюша, откройте глаза, идите к нам, ничего не бойтесь, вставайте и идите, --окликнула она ее.
Дочь открыла полные ужаса глаза и вопросительно уставилась на нас.
–-Катя я здесь, ты же взрослая девочка, чего испугалась! --пытаясь подбодрить ее, и забыв про наказ Лауры, я собралась идти к дочери. Но лучше бы я этого не делала. Всего один шаг, который стоил мне равновесия и моя нога опять провалилась в никуда, но зато вторая осталась со мной. И я снова повисла на руке нашей гостеприимной хозяйки.