До пьяного Дениса не сразу доходит, что его только что назвали «мелочью», а когда доходит, Серж обращается к нему, вместе с этим указывая пальцем куда-то в толпу:
– Разглядишь, нет ли? Тот, что в кепаре и с капюшоном, – это Лапыгин Илья. Но никто среди наших его так не зовет. Пыга он, и все тут. Рядом с ним худющий мужик – его старший брат. Нашел? Они нечасто так вместе ходят, значит, ищут кого-то.
Там, куда показывает Серж, двое названных ходят среди школьников и о чем-то с ними разговаривают.
Денис хмурится с видом заправского эксперта:
– Капец у вас жить опасно.
Парни согласно кивают.
– Этот, задолжал который. Гена, да? Его разве никто не защищает? Школа там. Или староста.
Женька равнодушно пожимает плечами:
– Да кому это надо? Никто из старост в здравом уме с Пыгой не связывается. Ну, кроме Принца разве что.
– Пегова? – Помнится, Сашка называла Кирилла как-то похоже.
– Ага. Мы из одного класса. Киру каждый раз по шапке прилетает, если Пыга статистику портит.
– А портит он с заядлой частотой, да?
Женька горько смеется:
– Не то слово. У них там войны не на жизнь, а на смерть. Когда Пыга только к нам перевелся, его дружки отбили Киру почки, а тот в ответ добился, чтобы всех их исключили. Четверо из них до сих пор по судам бегают. С Пеговым шутки плохи, и Пыга знает об этом.
– Мда-а-а, – задумчиво тянет Денис, – ну и чернуха. Пегов на самом деле так хорош, как говорят?
Серж недвусмысленно играет бровями:
– Девчонки еще не жаловались.
– Дурак, я разве о девочках спрашиваю?
Павлуша цепляется, как вредная собачонка:
– А что, нашего суперопытного Дэна девчонки уже не интересуют, а? А?
Денису плевать, что он знаком с ребятами от силы два часа. Эти двое только что задели его мужскую гордость. Нужно срочно ее отстоять.
– Слышь, не наглей. Спорим на ту пятихатку, Юля мне не откажет, если я приглашу ее на медляк?
– А че мелочиться-то? Слабо пососаться с ней? За косарь.
Денис думает, что при горящем сарае хату уже не жалко:
– Да без бэ.
– Женя, разбей! – У взбудораженного Павлуши от предвкушения зрелищ трясется коленка. – Сегодня Дэн докажет нам, какой он мачо!
– Ищи деньги, неудачник.
Павлуша больно бьет Дениса в бок, когда на их диван возвращаются Юля с Кристиной. На самом деле никого кроме Павлуши, переживающего за свои деньги, так сильно не волнует этот глупый спор. Женька и тихая Кристина мило щебечут о чем-то. Юля общается со всеми как ни в чем не бывало и привычно подкалывает Сержа. Не похоже, что она в отношениях с кем-то. Должно быть, ее устраивает свобода, и это хорошо, потому как то, что собирается предпринять Денис, ни на что не обязывает.
Играет долгожданный медляк, какая-то английская песня с интимными мотивами. Юля расслабленно качает бедрами в такт. Она соглашается на танец с Денисом совершенно без смущения, и это заметно расслабляет. На поредевшем танцполе, освещенном мягким дымчатым светом, Денис аккуратно прижимается к Юле, а она к нему. Они изредка поглядывают друг на друга совершенно без задних мыслей. Музыка Денису нравится, есть в ней что-то личное и трепетное. Но ощущения стали бы в разы острее, будь в его объятиях кто-нибудь другой.
Кто-нибудь повыше и с кошачьей улыбкой.
Кто-нибудь с сильными руками, но маленькими ладошками.
С такими странными неоднозначными мыслями момент он пропускает: медляк заканчивается. Должно быть, Павлуша сейчас чуть не помер от облегчения. Однако Юля и не думает отпускать.
Он, поддавшись ее заразительной веселости, танцует и подпевает под хит какой-то отечественной группы. Юля прыгает в пьяной эйфории, сдувает со лба назойливые пряди. Всем своим видом внушает любовь к безбашенности и подростковой свободе. Денис чувствует телом ярких и жарких людей под боком. Кто-то разливает воду из бутылок прямо под потолок, и капли теплым дождем касаются его щек и счастливой улыбки. Юля с ловкостью иллюзиониста вытаскивает из его бананки полароид. Денис придуривается, размахивает руками и корчит рожи – каждый кадр смешнее предыдущего.
Фотографии он не смотрит, складывал их в сумку. Когда Юле наскучивает, он продолжает щелкать все подряд: ее саму, других людей, прожекторы, мелькающие диско-шары, неоновые надписи на стенах, зачем-то потолок и чужие ноги. Денис настолько увлекается этим делом, что не сразу замечает руки Юли на своих плечах. Она самоуверенно убирает полароид в сторону и без каких-либо препятствий приближается к его лицу.
Денис не видит ничего смертельного в поцелуе с малознакомым человеком: он целовался так много раз. Они жмутся к губам друг друга по наитию, по обоюдному желанию, продиктованному алкоголем и спором, который Денис теперь выиграл. Ему хорошо, Юле, которая в большинстве проявляет инициативу, тоже хорошо, и это главное. Ничего сверхъестественного, никаких бабочек в животе или дрожащих коленок. Только теплая влажность на губах и мысли не о Юле.