— Вот не знал, что Тарас увлекается марками, — запоздало сказал Новиков.
— Ты бы ими тоже увлекся, — ответил Константин Борисович. — Некоторые в единственном экземпляре, цены нет. Вот что: принеси-ка с кухни сумку побольше, они за дверью на корзине для белья.
Всё знал бывший замполит, действительно на корзине стояла пара хозяйственных баулов.
Сейф оказался безразмерным, одного баула не хватило, пришлось Новикову сходить за вторым, который также оказался набит под завязку. Кинув сверху кляссер, Константин Борисович закрыл молнию, потом сейф и кивнул Новикову на диван: садись.
Серенький с блокнотом в руке стоял у окна, ждал команды хозяина.
— Договор у меня, — сказал ему хозяин. — Погуляй пока во дворе, к машине не подходи.
Серенький вышел, а Константин Борисович, усевшись рядом с Новиковым, вздохнул
— Давай, рассказывай.
Его меркантильность коробила, но, подумав, Новиков решил, что возможно КБ прав. Мало ли что замыслил Лукич, мало ли что заподозрят соседи, когда из квартиры Тараса выйдут незнакомые люди, сядут в его машину и уедут. В любой момент дверь может быть опечатана, вот так запросто не войдешь, а вещи в сейфе ценные.
Новиков рассказал про то, как в казино он выиграл энную сумму денег, как пришлось помахать кулаками, чтобы получить выигрыш, как в машину к ним напросился Лукич, и чем всё это закончилось.
— Опиши Лукича, — попросил Константин Борисович.
— Среднего роста, лет пятидесяти, но может быть и в гриме — для пятидесяти шустроват. Похож на поэта от сохи Дормидонта Народного из Комсомолки.
— А-а, ушастый, — вспомнил КБ.
— Вот-вот. Особые приметы: над переносицей маленькая родинка, под глазами синяки, рот скошен вправо, на левом мизинце не хватает верхней фаланги.
— Понятно, — процедил КБ. — Сколько выиграли?
— Сто двадцать тысяч. Зелеными.
Константин Борисович присвистнул.
— Эге-ге, таких живыми не выпускают. Да и казино особое, для отмыва бабок. Говорил же Тарасу — не суйся туда, мало тебе хромого?
— Какого хромого? — насторожился Новиков, вспомнив предсказание астролога Редутова.
— Забудь, — сказал Константин Борисович. — Ты рвался в Добровольческую Армию, так вот это — из той же серии, но много хуже. И вообще, дружеский тебе совет — держись подальше от мафии.
«Ну ты даёшь, — подумал Новиков. — А ты сам не мафия?»
Но, разумеется, вслух этого не произнес.
— Жалко Тараса, — сказал Константин Борисович. — Толковый парень, далеко бы пошел. На его место хочешь?
Это было так неожиданно, что Новиков опешил. Действительно, человек, который мог бы стать хорошим другом, всего несколько часов как мертв, а уже пошел дележ его наследства. Как бы в подтверждение этих мыслей КБ добавил:
— Я знаю — ты безлошадный. Могли бы оформить эту хату на тебя.
— Ей Богу, — сказал Новиков, хмурясь. — Как-то всё это нехорошо. Похоронили бы, что ли, сперва, а потом уж всё остальное.
— Мы деловые люди, — напомнил КБ. — Свято место не бывает пусто.
— Согласен, — сказал Новиков, и как гора с плеч. В конце концов, Тарас бы не обиделся. Раньше нужно было думать о Тарасе, когда еще Лукич полез в карман за паралитическим шариком, а потом уже стало поздно, ручки-ножки уже не слушались.
— Пошли Тараса отвезем, — Константин Борисович встал, подхватил баул поменьше, а Новикову глазами показал на большой.
Когда Новиков напялил парик и бородку, он хмыкнул, но ничего не сказал.
Пару минут спустя они уже садились в машину Тараса, и зам по быту бежал к ним сломя голову от дома напротив, куда машинально убрел, как будто его, беднягу, хотели оставить в этом пустынном, стылом, каком-то неуютном дворе. Всё равно ему пришлось вести Жигуленок, на котором они приехали с Константином Борисовичем.
Глава 2. Ресторан на колесах
Тараса отвезли в какой-то морг, где дежурный санитар, знакомый КБ, оформил поступление и выдал расписку о приеме трупа. Борисыч сунул ему какую-то денежку, прозектор был рад, сказав при этом «Привозите еще». КБ погрозил ему пальцем.
Потом они заехали на Сретенку, оставили там зама по быту и баулы и поколесили дальше. Похоже, у КБ вся Москва была полна знакомых. Тарасовский Ниссан в одном из отделений милиции он оформил на Новикова за считанные минуты. Разумеется, это стоило денег и оформлением было предварительным, без корочек, одна лишь справка на право вождения, но попробуйте получить хотя бы такую справку. Нет, менты, конечно, деньги возьмут и выдадут какую-нибудь фигню на туалетной бумаге, но это до первого экипажа, который уже будет уведомлен.
Теперь Новиков на полном основании сидел за рулем, и Константин Борисович показывал ему, куда ехать, а съездили они еще к какому-то приятелю КБ, жившему на Кузнецком Мосту, который пообещал представить убийство Тараса, как несчастный случай, а также найти Лукича, потом в Серебряный Бор к влиятельному нотариусу, взявшему на себя обязательство, что в имущественном вопросе будет держать сторону уважаемого Константина Борисовича, затем направились на Ваганьковское кладбище. Здесь было тяжелее всего, и связано это было не только с тем, что КБ указал на Новикова как на нового бригадира, а и с тем, что Тараса никто не видел мертвым. Не верил в это народ, не хотел верить, но со скрипом пришлось. Разумеется, сегодня было не до работы. Новиков отвез Константина Борисовича на Сретенку, а сам поехал домой.