А потом он увидел птицу. Птицу Юрла. Она была привязана на небольшом горном лугу в четверти мили от основного лагеря.
– Эти Кентовы ублюдки уже здесь! – прокричала Гвенна ему на ухо, показывая в том же направлении.
Валин мрачно кивнул.
Должно быть, Юрл заметил эдолийцев с воздуха или они заметили его. В любом случае, он быстро сообразил, что игра проиграна и надо садиться по-хорошему. В конце концов эдолийцы на том корабле, плывшем на Карш месяцы назад, не знали в точности, кто стоит за заговором. Эти, скорее всего, были информированы не лучше. Они небось решили, что Юрл прилетел с законным заданием от Гнезда, подумали, что подонок прибыл им на помощь! А он наверняка напичкал их до ушей правдоподобными баснями; может быть, прямо сейчас он помогает им организовывать «спасательную операцию», в ходе которой, несомненно, произойдет трагический несчастный случай и Каден будет убит.
Вот только Юрл, разумеется, считает, что крыло Валина по-прежнему находится на островах. Как писал Гендран: «Нет клинка острее, чем неожиданность».
Седловина располагалась между двумя зазубренными пиками, предоставляя проход между ними и короткую передышку после непроходимых гор. В тени скалистых вершин громоздились высокие сугробы, но середина широкой выемки была чиста от снега. Здесь имелось даже несколько островков полузасохшей травы, торчащей между камнями. К востоку местность резко понижалась – настолько резко, что Валин вообще не был уверен, что в том направлении можно спуститься; но с западной стороны уклон был более плавным, а в четверти мили от седловины поверхность снова выравнивалась на протяжении сотни шагов. Это место было частично защищено от ветра, травяной покров там был более ровным, и именно там Юрл привязал свою птицу.
Эдолийцы устроили в проходе нечто похожее на оборонительную позицию: группы по трое расположились по периметру не очень ровного квадрата. Еще несколько человек собрались в центре, вокруг небольшого костра, на котором готовилась пища – хотя где они здесь нашли топливо, Валин не мог себе представить. Другие расставляли невысокие брезентовые палатки под прикрытием скалистых гребней, в небольших распадках, везде, где можно было спрятаться от ветра. Лагерь выглядел не особенно аккуратно, но эдолийцы едва ли могли ожидать нападения здесь, посреди диких гор, и даже если бы откуда-то действительно появились враги, такая позиция – со склонами в обе стороны – оказалась бы практически неприступной. Солдатам даже не понадобилось бы оружие, достаточно было скатить по склону несколько не самых крупных валунов, и дело было бы сделано.
Юрл также почти не принял мер предосторожности. У Валина ушло всего несколько мгновений, чтобы отыскать его среди солдат, но после того как он его обнаружил, было уже невозможно выпустить из виду эти соломенного цвета волосы, развевающиеся на горном ветру. Даже когда он просто стоял, его поза дышала надменностью. Балендин присоединился к нему в центре лагеря. Лич был вынужден оставить своих псов на Карше, но ястреб по-прежнему сидел на его плече. «Однако это не его колодец, – напомнил себе Валин. – Просто птица».
Лич и командир крыла были заняты разговором с группой эдолийцев. Юрл делал широкие, энергичные жесты обеими руками, в то время как Балендин стоял рядом, неподвижный словно камень. Валину оставалось только гадать, что за очередную ложь плетет этот ублюдок. Анна была с птицей, а Реммель Стар и Герн Эммандрейк заняли позиции с противоположных сторон прохода. Они выглядели несколько более бдительными, чем их эдолийские коллеги, Эммандрейк даже наложил стрелу на тетиву своего лука. Он стрелял не так метко, как Анник, но в цели попадал.
Однако все это было неважно. «Они смотрят вниз, в долину. Все до последнего сукина сына, эти Шаэлевы отродья смотрят вниз!»
Валин свирепо ухмыльнулся и взглянул на Гвенну.
– Настало время отдавать долги!
Лейт приземлился в вихре бушующих крыльев, и Валин плавно скатился с когтей и поднялся на ноги. Перед ним стоял суровый эдолиец в почти полном доспехе. У Валина ушло несколько мгновений, прежде чем он смог понять, кто это. Лицо было знакомым, но оно, разумеется, изменилось с возрастом, стало тверже… Мисийя Ут! – понял Валин, и в уголках его губ заиграла улыбка. Все лучше и лучше. Ребенком он всегда восхищался командиром Темной Стражи, а Ут, со своей стороны, был добр к нему. Валин подобрался и вытянулся, осознавая, что эдолиец сейчас впервые видит его повзрослевшим.