Хаос. Рома ей не просто жизнь спас, выходит… Знаю я чем частенько заканчивались ритуалы Церкви Солнца, особенно неудачные.
Но это только, если Сольвейг не врала. Впрочем, этот момент вполне можно было проверить.
— Покажи крылья.
— Прямо здесь? — встрепенулась Сольвейг. — Не веришь что ли? Ну смотри.
Она призвала бледные, светящиеся бирюзовым крылья, возникшие словно из ниоткуда. На этот раз они были слабее и не ослепляли из-за того, что Сольвейг знатно измоталась.
Я встал, подошел ближе и провел пальцами по перьям. Вот только пальцы прошли насквозь. Прямо сквозь энергетику. Что ж, это действительно не Крылья Солнца. Да и ее энергетика хоть и была похожей на солнечников, но все-таки с заметными отличиями в фактуре и качестве.
— Насмотрелся?
Сольвейг широко зевнула, прикрывая рот ладонью.
— Иди отдыхай, — произнес я. — Ты молодец. Сегодня хорошо потрудилась.
Я провел ладонью по ее макушке, взъерошивая светлые волосы.
Сольвейг поднялась, благодарно кивнула и без слов торопливо засеменила к своей палатке.
До Выкречи мы добрались за три дня. Шли по той же тропе, потому почти не встречали монстров и прочих опасностей. Лишь под конец замелькали отряды людей: сначала ходоков — израненных, с перевязанными конечностями, стонущих или безнадежно молчащих.
Были и обозы, набитые окровавленными, потрепанными телами — живыми и мёртвыми. Чем ближе к Выкречи, тем больше становилось и простого люда. Все тянулись к городу-крепости, неприступной глыбе, преодолевая путь чуть ли не целыми семьями: дети, женщины, старики. Все бежали словно от чумы.
Когда мы оказались у Выкречи, то стены больше не вызывали облегчения и не казались оплотом безопасности. Башенки светились магией, над стенами и воротами развивались флаги и знамена. В воздухе угрожающе плыло несколько кораблей Воздушного флота. Был слышен звон колоколов и гул города-крепости — тихий, прерывистый, испуганный.
Мы упёрлись в вереницу людей. Стражи спешно проверяли документы, суетясь и что-то выкрикивая. Они не успевали проверять всех прибывших. Взрослые метались, постоянно озираясь назад, а дети плакали.
Охотники, лесорубы, крестьяне — люди со всех сёл и деревень за Выкречью пытались пробиться сквозь ворота. В их руках и ногах — слабость, в глазах — страх, на губах — одно слово: смерть.
Глава 18
Пробраться в город получилось с трудом, даже несмотря на то, что ходоков пропускали отдельно, не в общей очереди. Да и вообще сильно не задерживали. В толпе ожидающих, трещавших без умолку, ходили разного рода сплетни.
— Слышал, в Говорящем заметили целую стаю Болотных лягушек. Они от чего-то выбрались из болота и поскакали на запад. Пол села разнесли, столько изб порушили! У меня там дядька живёт — так у него всех кур пожрали.
— А у нас ходоки прошли, говорили, это все божья кара! От беды бежать надо. А куда бежать-то? В Выкречь, разве что.
— Ходоки с лягушками — это еще хоть бы что… У нас он в деревне-то…
Рядом с нами, в очереди ждал караван купцов, не вовремя заехавший на огонек в приграничную крепость. Купец в мехах да высоких, богато украшенных сапогах ходил туда-сюда, зло поглядывая на народ вокруг.
— Досталось ходокам, а ждать среди черни приходится мне. Какая чепуха! — не сдержался он. — Вы ещё скажите, что в Деда Мороза с Бабайкой верите. Всё это сплетни. Вас вон напугали, вы и ломанулись. А здесь на вас деньги наварят. Что вам дома не сиделось? Монстры в Зоне до нас жили и жить будут после. Где доказательства?
— Какие тебе доказательства, сумасброд несчастный⁈
С купцом тут же вступили в спор, но я перестал слушать. Я понимал, что эти люди не знают, что произошло в Предгорье. Да и власти города вряд ли до конца представляют, насколько сильно могли пострадать ходоки, если сирины и вправду организовали там свои гнездовья. Иначе уже бы давно эвакуировали окрестности.
В моё время, несмотря на споры о происхождении и интеллекте сиринов, их истребляли нещадно. Отлавливали для изучения или просто охотились. В общем, популяция была под контролем. Но это было триста лет назад.
А сейчас, судя по всему, о возможности пернатых ментатов размножаться никто и не думал. Хата с краю, ничего не знаю. Вот только Выкречь сама тоже с краю, и случись что — сразу попадет под раздачу. И это «что» случилось. Пусть пока не все это осознавали.