Тем временем, противник подбирался всё ближе. Краем глаза я видел, как твари пытаются взять меня в полукольцо, и как в один момент они ринулись в мою сторону. Уклониться от всех атак было невозможно, поэтому я применил мерцание и оказался за спинами тварей. Здесь союзники не могли меня прикрыть, зато все оказавшиеся в зоне действия способности чудовища получили обморожение.
Балтор был слишком занят, увязнув в схватке с особо упитанным двуногим уродом, но вовремя сработала Нео. Звездная чародейка сложила зеленые пальцы в печать, прикрываясь магическим щитом, и подняла трофейный посох гаруспика. Мелькнула яркая вспышка и в замерших тварей ударил поток звездного луча. Заклинание было неудобным — им было довольно сложно попасть в цель. Но урон магии звёзд обходил большую часть магических направлений на своём уровне.
Затем зажатый в левой руке меч вошел глубоко в пасть нового вида противников. Застряв внутри и войдя глубоко в нёбо, он принялся покрывать чудовище ледяной коркой. Я же отскочил и увернулся от прыжка двух его сородичей.
Вот только меч так и остался торчать в пасти погибающей твари.
Акулеон, уровень 90
Стихия: вода, земля.
Ящеры с треугольными лицами глубоководный твари были покрыты чешуёй, да и в целом больше напоминали жирную хищную рыбу, скрещенную с мускулистой бесшеей ящерицей. Но главное — передвигались они слишком быстро, будто и не покидали родную стихию.
Я попытался уклониться, но даже ловкость и специальный навык ничем не смогли помочь. Словно рыба в воде, они стремительно передвигались по полю боя на толстых коротких лапах.
Мерцание!
Откатившийся навык остудил пыл чудовищ, а я снова оказался в кольце приходивших в себя замороженных монстров. Мимо пролетел второй звёздный луч, и волшебница засветилась сиянием полученных уровней.
Я поднял руку, призывая утраченный рейлин, но было поздно. Стремительные акулеоны мелькнули под ногами у других монстров, сбивая меня с ног. Перед лицом открылась широкая, покрытая множеством острых зубов, пасть. Я попытался вновь применить мерцание и уйти, однако способность ещё была на откате.
Вторая жизнь ушла следом за первой намного быстрее, чем я ожидал.
Глаза застилала кровавая пелена ярости. Ненавистный враг был предо мной. Хотелось рвать тварей руками, лить их кровь, жадно впиваться в их плоть пьющим жизнь клинком. Насыщенный кровавым кармином эбонитовый меч справлялся не немного хуже василькового неба. Алое мерцание тянуло вслед за мной жизненную силу чудовищ. Но даже так стало понятно, что конец нашего отряда близок, как никогда.
Кровавый кармин оказался самой удачной формой для противодействия орде монстров. Раньше я недооценивал боевые бонусы этого Цвета, но теперь понял, как сильно заблуждался. Твари цеплялись мне в ноги, кусали за руки, рвали, царапали, грызли, но каждый удар зачарованным оружием восстанавливал жизнь, а вспышки мерцания при такой плотности наседающих монстров каждый раз исцеляли множественные ранения.
Сильно недоставало контроля, которыми славились предыдущие два цвета, но теперь здоровья и жизни было во мне в разы больше. Новые раны появлялись и сразу же исчезали сами собой, а затем я увидел ещё один неожиданный эффект, о котором не было написано в инфо.
Постоянное поглощение жизненной силы врагов начало переваливать через край. Я почувствовал, что становлюсь сильнее, быстрее, выносливее. Тяжёлый эбонитовый меч теперь казался пушинкой и легко пронзал бронированных монстров.
Карминовый страх.
На монстров это способность не действовала, но земля ушла из-под ног высокого двуногого гассуя, и тот неуклюже шмякнулся мне под ноги, позволив тальвару довершить его жизненный путь.
Получен новый уровень! Текущий уровень — 98.
Жадный хоори принялся пить расплескавшуюся влагу. В других формах он никак себя не проявлял, но сейчас артефакт притягивал к себе жизненную силу, становясь прочнее и заменяя собой кольчугу. При этом рвать одежду было бесполезно — она мгновенно восстанавливалась сама собой.
Я сражался на пределе возможностей, стараясь прикрывать крохотный пятачок земли, на котором находились союзники. У меня в запасе оставалась ещё одна запасная жизнь, а у них была только одна, поэтому главным приоритетом я выбрал их защиту. Но и сами друзья не теряли времени. И если от магии Неоноры пользы было немного, Балтор, как и я, не стеснявшийся швыряться боевой алхимией, от чего земля перед ним покрылась гарью и копотью, а врагам приходилось преодолевать настоящую стену из пламени. Да и Улинрай с боевыми зельями стала намного сильней, и каждое её перо несло с собой мощный стихийный урон.