— Мы должны идти дальше, — покачал я головой. Так же было в доме с призраками.
— Но куда? — не поняла Ули.
Ответом на её вопрос послужил начавший обрушаться от того места, где раньше был вход, коридор.
— Бежим! — скомандовал я, первым подав пример друзьям, пряча инструменты под слово силы и срываясь с места.
Исчезнувшие бабочки освещения появились вновь. Зловещих фигур по краям пути теперь не было, но стены вокруг давили и сами собой.
Фиолетовый туман, пожиравший за нами путь исторгал из себя новых и новых призрачных насекомых, подгоняя нас вперёд.
Вскоре нам стал попадаться новый вид монстров. Собравшись воедино на нашем пути десятки бабочек обращались чернеющим силуэтом странного существа с неестественно длинными руками и светящимися узорами от локтей и ниже коленей. Головой же служила жуткая маска из серой плоти в абсолютно нечеловеческом лице с вечной зубастой улыбкой и большими светящимися глазами.
Как жаль, что я не могу играть музыку на ходу!
Но крепко обнявшая Рену камеевая копия сама по себе стала оружием. Кровавый друид бесперестанно атаковала лозами. Урон без баффа её был незначителен, но алые побеги плотно обхватывали тварей, не позволяя тем сойти с места, а дальше решало количество.
Получен новый уровень. Текущий уровень — 105
Ты так ничего и не понял. Опять…
8. Лес секретов 4/4. Гробница павшего тари ч2
После гибели очередной твари, коридор начал расширяться и сменяться утопающим во мраке и фиалковой дымке лесом. Между корявых сухих сучьев то и дело встречались сплетённые из дерева скелеты.
Летавшие вокруг нас огоньки бабочек стали рассыпаться на светящуюся пыль, перекрывая обзор. Я попытался прислушаться, но ощутил лишь стихшую было жуткую мелодию с барабанным боем.
— Лиин, ты что-нибудь слышишь? — голос Улинрай казался далёким, хотя она шла совсем рядом.
Снова игры с восприятием!
Музыка пустоты достигла высшей точки. Сквозь хор низких мужских голосов прорезалось прекрасное женское пение, а затем сменилось громким стуком. Светящееся облако вокруг расступилось, и я понял, что рядом больше никого нет.
Я научу тебя чувствовать.
Едва перед глазами появилось сообщение, как из окруживших меня зарослей колючего сухостоя вырвался новый противник. Шум сразу же стих, вновь сменившись песней.
Айрэсдарк⁈
Словно изломанная кукла дёрганными движениями она поднималась с земли. От рук и ног её тянулись чернильно-фиолетовые нити, уходящие в серую взвесь, заменявшую небо.
Лже-наставница выхватила два лиственных клинка сиинтри и бросилась в бой.
Если силы этого существа хотя бы вполовину равны силам прабабки, у меня нет ни шанса, реши я действовать честно.
Двойником Цвета я разделился на бирюзу и васильковый — два цвета, что обладали способностью замедлять и контролировать врага. Синяя копия бросилась в бой с двумя тальварами, покрывшимися изморозью. Я же сам в бирюзовой копии устремился по кругу, обходя наставницу сзади и по откату покрывая всё пространство очагами Цвета, чтобы в нужный момент применить связывание.
Вернулся в первую копию я вовремя — как раз чтобы уйти от смертельного выпада мерцанием. Травяные клинки сиинтри имеют один важный дефект — прочность. Потому все силы я сосредоточил не на нанесении урона, а на повреждении оружия.
Эбонит за два-три столкновения с прессованными травами разрушал оружие, и каждый раз лже-Айрэ вынимала новые. В этот момент я прыгал сознанием в бирюзу и активировал одну из ловушек, сковывая наставницу призрачной цепью.
Когда здоровье противника опустилось наполовину, музыка вновь стала громче, а поле накрыли бабочки, обращавшиеся в знакомых мне сиин. Отец, мать, братишка Каэй, даже милая девчонка, с которой я познакомился на рынке перед отбытием.
Их навыки были ни чета способностям Айрэ, но они задерживали меня, буквально насаживаясь на оружие и заставляя его вязнуть в телах. От фиолетовых нитей зарябило в глазах, и я выпустил остальных двойников.
Она учит нас ненавидеть тех, кого мы любим.
Клинок вошёл в то место, где у большинства разумных находится сердце. Полоса жизни лже-наставницы погасла, и женщина упала на землю, рассыпаясь на множество бабочек.
Прежде это стало бы серьёзным испытанием для меня, но находясь в теле цвета я не мог испытывать эмоции за пределами отпущенного им. Ярость кармина, васильковое превосходство…
— Они все иллюзия, владетель, — прошептал цвет. — Убей их.
Без малейших сомнений и сожалений я перешагнул через трупы сородичей, поднимая за своей спиной вихрь из волшебных насекомых.