Я - Призрак.
Я - убийца, который заберет ее душу.
Поместье найти несложно, но мы оставляем машину в миле или около того позади, чтобы она не заметила нашего приезда. У нас не было времени проверить чертежи или охрану, поэтому мы идем вслепую. Эта идея накачивает меня адреналином, таким же, какой я получаю на задании, когда что-то идет не так.
Самый лучший вид.
Когда между выживанием и смертью стою только я и пистолет.
Это, однако, самое важное задание, которое я когда-либо выполняла, но я не одна. Со мной Николай, Алексей и Захар. Они одеты с ног до головы в черное и обвешаны оружием больше, чем я могу сосчитать. Они тоже хотят, чтобы все закончилось. Они хотят устранить угрозу для своей семьи. Никакой охраны. Никаких наемников. Только наша семья, работающая вместе, чтобы закончить это.
Я поворачиваю голову от того места, где я лежу, глядя вниз на поместье, чтобы увидеть их. Мое сердце болит о них, но часть меня согревается от того, что они здесь, со мной. Даже имея моего наставника, последние несколько лет мы работали над миссиями в одиночку. Это было излишеством – работать вместе без необходимости, но мне нравится, что Волковых здесь.
Если мы умрем сегодня, то так тому и быть.
Луна светит на нас, когда я возвращаю свой взгляд к прицелу снайперской винтовки.
– Все чисто? – снова спрашивает Алексей.
– Да, – ворчу я, ненавидя эту часть плана, но я неохотно соглашаюсь. Они сказали, что не смогут работать эффективно, если будут беспокоиться обо мне, плюс я - «дикая карта», а они привыкли работать вместе. – Я обеспечиваю прикрытие здесь, пока вы ищете путь внутрь. Как только войдете, я соберу винтовку и присоединюсь к вам. Потом мы убьем эту дрянь. А теперь хватит болтать и двигаемся. Чем больше мы будем мешкать, тем больше вероятность, что нас поймают.
– Две команды прочесывают снаружи с собаками. Есть небольшой перерыв, пока они обходят дом. Внутри будут камеры, сигнализация и больше охранников, – предлагает Николай, его зоркий глаз ничего не упускает.
Захар слегка пыхтит, наблюдая за происходящим, запыхавшись после разведки периметра.
– Я нашел дерево, на которое можно залезть сзади, рядом с бассейном и гаражами. Мы можем использовать его, чтобы перелезть через забор и спуститься в кусты внизу. Тогда мы сможем засечь время для входа.
– Хорошая работа. – Алексей опустился на колени, еще раз проверил свой пистолет, а затем кивнул мне. – Стреляй метко, и не стреляй в нас.
– Нет, пока вы меня не раздражаете, – бормочу я, наблюдая за охранниками, когда они снова прочесывают территорию.
Само поместье представляет собой смесь между ранчо и современным фермерским домом. Оно выделяется на фоне пустыни, но все равно красиво и кричит о деньгах. Белое дерево блестит в темноте, три этажа с крыльцом и балконом притягивают мой взгляд на мгновение. Здесь есть гаражи и бассейн, о которых упоминал Захар, а также несколько спортивных машин перед домом. Через большие окна я вижу несколько Моне и очень роскошный декор. Эта дама богата, но не я. Она ближе к Волковым, это точно. Длинная асфальтированная дорога ведет к двум железным воротам с белой кирпичной стеной высотой не менее шести футов, окружающей территорию дома, с фонарями и камерами, расположенными через определенные промежутки.
Это имеет смысл, если она живет в нашем мире, в тени. У каждого из нас есть враги по бизнесу. В конце концов, без крови на руках этого не добьешься.
Ее муж, очевидно, был хорошо обеспечен, но этот дом оформлен не на него, а только на нее. Значит, они расстались? Или он был прикрытием? В любом случае, очевидно, что она – «сделала» себя сама. Мне просто интересно, как и почему она так ненавидит Волковых. Я могу понять, что они разозлили ее, переспав или не переспав с ней, или сделав шаг против ее бизнеса, но это выглядит более личным, более серьезным.
Это не имеет значения. Она все равно умрет.
Я чувствую, как они начинают отдаляться, прежде чем рука Николая ложится мне на плечо. Я не вздрагиваю и не отвожу взгляд от прицела.
– Будь осторожна, – бормочет он, а затем тоже исчезает.
Они сливаются с темнотой, превращаясь в тени, и мне трудно следить за их продвижением, поэтому я сосредотачиваюсь на охранниках. Это моя работа - защищать их спины. Я удивлена, что они доверились мне, но я их не подведу. Устройство связи в моем ухе почти отягощает меня чувством вины. Я привыкла защищать себя и принимать решения в доли секунды между жизнью и смертью, но сейчас я должна сохранить им жизнь.