Разумеется, Терселин не обманывал себя ожиданием, что таким малым войском он сможет победить королевскую армию. Поэтому, когда полетели первые стрелы от спешившей на помощь союзникам лёгкой конницы Зигфрида, а впереди в свете выглянувшей из-за облаков серебряной Шалассы заблестели панцири спешившихся рыцарей и взметнулись к небу красно-золотые знамёна дома Соколов, вождь Гончих Псов дал приказ к отступлению, затрубив в большой бараний рог. Ему ответили более маленькие рожки сотников, и Гончие, огрызаясь во все стороны своими железными мечами, бросились вниз с холма, смеясь и издавая победные кличи.
День шестой
Ругая себя на чём свет стоит, Рито обходил разрушенную часть лагеря, помогая оттаскивать убитых и раненых к жрецам Эльрата и восстанавливая дисциплину среди охваченных смятением солдат.
- Мы потеряли целый полк, - присел рядом с Рито генерал Олаф, найдя своего товарища в полевом госпитале, где тот своим присутствием воодушевлял раненых воинов.
- И целый полк по численности был ранен, - отозвался Рито, сцепив перед лицом пальцы и положив на них подбородок.
- Эта дерзость не должна остаться безнаказанной.
- И что же ты предлагаешь?
- Сделаем вылазку. Возьмём самых сильных и опытных воинов и разорим им пару деревень. Заодно пополним тем самым запасы провизии.
- Я не буду убивать мирных жителей и тебе не позволю.
- Мы и не будем их убивать! - всплеснул руками Олаф. - Никто об этом не говорит!
- Но ты допускаешь..?
- Только в порядке самообороны. Я сам отвечу перед Ронаном в этом случае.
Рито задумался. План был хорош, но его смущали возможные варианты развития событий. Наконец, златоусый полководец кивнул:
- Выступаем завтра вечером. Надеюсь, новых нападений за это время не случится.
В полдень этого же дня, покрывший себя почётом и славой Терселин предстал перед троном кагана одетый в парадные серебряные латы, найденные до того в арсеналах замка.
- Ты славно бился, Терселин, - положил руку на плечо вождю Гончих Алгаро, на котором красовались герцогские стальные доспехи, обитые бараньим мехом там, где были кожаные рукава и воротник. - И ты покрыл себя и свой род вечной славой в этом бою. Конечно, удача пришла к тебе не сразу... - с напускным разочарованием заметил каган, - но потом ты проявил чудеса храбрости и хитрости, что присущи твоему клану испокон веку. Поэтому отныне ты награждаешься титулом Хана Востока!
Раздались бурные аплодисменты и восторженно-удивлённые вздохи других вождей, особенно тех, кто не оставил Терселина после случая с огненной ловушкой, ибо они осознали, что их статус и престиж явно будут повышены их будущим повелителем.
- Моя вечная благодарность, Великий Вождь, - ответил Терселин.
- Это то, что ты заслужил как великий воин, улыбнулся Алгаро. - Отправишься в свои владения на границе завтра утром.
- Но Великий... - попытался возразить новоиспечённый хан, - разве не понадобится тебе моя помощь и дальше?
- Ты уже заработал себе славы, ха-ха-ха, - рассмеялся каган. - Дай и другим проявить себя.
Старый Пёс прикусил уголок своих губ, выражая досаду, но потом отрывисто поклонился и вышел из зала. За ним поспешили союзные ему вожди и слуги с регалиями Хана — деревянной булавой в форме головы и шеи скелета и медным ожерельем со священными знаками власти8.
День седьмой
Вечером седьмого дня солнце выглянуло из-за туч, подул холодный ветер. Многие воины королевства Сокола из-за непривычного климата всё-таки начали болеть: некоторые простудились, кого-то лихорадило, а иные вовсе заболели какой-то странной, занесённой, видимо, варварами болезнью, выражавшейся в покрытии всего тела маленькими чешущимися волдырями с водичкой внутри.
Жрецы Эльрата и военные лекари старались как могли, но их было слишком мало, чтобы уследить за всем многотысячным войском. Поэтому в вылазку на окрестности Фламарена генералу Олафу (Рито слёг от ветрянки) пришлось взять не только опытных рыцарей и ветеранов войны с некромантом, но и простых новобранцев, успевших помахать мечами и копьями только во время недавнего нападения на лагерь.