– Кем ты пытаешься меня напугать, Видящая? – неверяще спросил Геркэн. – Кто придёт за чужаком?!
– Тот, кто поручился за меня и мою жизнь своим Словом, вождь. Князь Морозов, – поддавшись наитию, включился я в их разговор и привёл единственно возможный довод. – Повелители Холода и Льда придут за мной.
– Это невозможно!!!
– Возможно, вождь! – отрезала Илана, пресекая спор на корню. – Мы нарушили договор, вмешавшись в дела других княжеств. Нас могла спасти тайна, но… За Леоном пришли. И теперь мы должны просить его о защите. Иначе нас уничтожат.
Последнюю фразу девушка произнесла, преклонив передо мной колено и склонив голову.
– Как я смогу вас защитить, Илана? – растерянно спросил я, чувствуя, как мир в очередной раз встал с ног на голову, и, подумав, вернулся в прежнее положение. Задумавшийся Геркэн не вмешивался и отошёл к остальным вождям, спеша обсудить с ними неожиданную и столь грозную новость.
– Уйди… Так, словно тебя никогда здесь не было, – тихо прошептала девушка, старательно избегая моего взгляда. Она говорила тихо, но её слова всё же были услышаны.
– Это не выход, юная госпожа. Князь Морозов придёт не только за Леоном, но и за жизнью тех, кто осмелился пойти против него. Тех, кто создал прецедент, из-за которого в его Слове теперь можно усомниться. Этот мир жесток…
Лёха подошёл практически неслышно и стоял за моей спиной, сняв шлем и подставив лицо лучам выглядывающего из-за туч дневного солнца. Слабый ветерок трепал его примятые рыжие кудри, зажмуренные глаза придавали физиономии лукавый вид… И мне показалось, что, в отличие от всех, он – единственный, кто по-настоящему знает, что делать…
– Я не желаю им зла, Лёха.
– А я уже говорил тебе, что ты либо обладаешь непомерно большим и добрым сердцем, либо слишком многое видишь наперёд, – ответствовал он, а в его голосе явственно звучали усталые интонации куда более взрослого человека. Взрослого, мудрого и опытного. – Вассалитет.
– Что?! – удивлённо и хором вопросили я, Илана и вновь подошедший Геркэн.
– Вассалитет. Никто не сможет наказать твоих вассалов, Леон… Так что, если ты хочешь спасти всех этих людей от заслуженной кары, просто возьми их себе под руку, – спокойно объяснил мой друг, широко улыбнулся и открыл глаза, блеснувшие лукавыми изумрудными искрами. – Вот почему меня никто не похищает?!
Глава 8
Странности Бояръ а-ля Рус, или Тяжесть шапки Мономаха
В сказках маги и волшебники часто обитают в башнях. И не в каких-то там скромных и невысоких башенках, нет, пристанищем могучих повелителей стихий и прочих сил становятся настоящие шедевры архитектуры, достающие до небес и поражающие воображение формами и исполнением. Каждый из сказочных персонажей по-своему тешил свою гордыню, по мере возможностей предпочитая вознестись над миром обычных смертных и тем самым приравнять себя к небожителям.
Небоскрёб клана Морозовых выглядел как раз такой башней волшебника: иссиня-льдистое стекло обшивки здания и особая архитектура создавали иллюзию закрученного по спирали ледяного шипа, устремившегося ввысь вопреки законам природы. Семьдесят семь этажей, триста пятьдесят метров высотой, с общей площадью помещений в 111 тысяч квадратных метров – возведенный в 1965 году, после трёхлетней стройки, он стал наглядным символом могущества клана, владеющего Сибирским Княжеством.
Князья Морозовы не поскупились на свою сказочную башню – расписанная серебристо-белыми разводами морозных узоров, увенчанная огромным мечом, выточенным из «вечного», нетающего льда, украшенная россыпью затейливых и нетающих снежинок, она во все времена года как будто дышала холодом, напоминая окружающим о могуществе Стихии Льда.
Небоскрёб выполнял множество функций, являясь как штаб-квартирой для нескольких клановых предприятий, так и резиденцией самого князя Константина Ильича Морозова. Любимой резиденцией, в которой ежегодно, по сложившейся за десятилетия традиции, проводился Новогодний бал.
Согласно ей, большая часть аристократии княжества получала приглашения из Ледяной Башни, однако хватало и гостей из соседних провинций: хоть имперская аристократия зачастую не могла соперничать с боярскими родами древностью и могуществом, это не делало их менее желанными гостями.
Верхние семь этажей небоскрёба занимали покои княжеской семьи. Расположенные пирамидой, они отражали иерархию правящего дома – нижние ступени занимали представители младших ветвей рода, тогда как верхние три безраздельно принадлежали старшей ветви. Именно там, на семьдесят седьмом этаже, и находился правитель Сибири: Константин Ильич расслабленно стоял у окна и смотрел на распростёртый у его ног город. Соболья шуба небрежно свисала с плеча нарядного белоснежного кафтана, сафьяновые сапоги безжалостно топтали ворс персидского ковра на полу, а отражение в стекле окна упорно отказывалось показывать правду – на месте старика, разменявшего восьмой десяток лет, стоял зрелый и массивный мужчина максимум полувековой зрелости, только седая грива волос и ухоженная белая борода пытались хоть как-то оспорить его моложавый внешний вид. Но ему было неинтересно смотреть на себя.