Но вбитая с детства привычка держать окружение хотя бы под минимальным контролем не давала времени на переживания по этому поводу.
Бальная зала занимала практически весь шестьдесят пятый этаж Ледяной Башни. Это был практически Зимний дворец в миниатюре.
Стекло. Прозрачное до кристальной чистоты и мутновато-цветное с пузырьками; огранённое до причудливых геометрических форм и отшлифованное до зеркального блеска; тончайшая и филигранная работа соседствовала с фундаментальным примитивизмом мощных и отнюдь не декоративных атлантов, подпирающих зеркальные потолки. Всё это великолепие заливал тёплый и мягкий свет сотен свечей на десятке изящных хрустальных люстр, погружая залу в ласковый океан отблесков и мерцания.
Наверное, именно так должно выглядеть жилище Деда Мороза, возведённое исключительно из снега и льда в сердце страны, где безраздельно правит царица Зима. Хотя, на мой вкус, подобная роскошь всё же была чрезмерной…
Феерия жизни и веселья переполняла собой всё вокруг меня. Красочные и яркие одежды самых разных эпох создавали поистине карнавальную атмосферу. Гости князя Морозова прогуливались, вкушали яства с расставленных у колонн столов, беседовали, наслаждались музыкой или видами, открывающимися им с высоты. Звонкий девичий смех соседствовал с раскатами басовитого и рокочущего ржания, а тихий полушёпот порой звучал громче отдающего сталью обмена нелицеприятными мнениями между конфликтующими сторонами…
Но не это нарушило моё спокойствие.
Их появление я почувствовал сразу.
Хищницы.
Опасные, гибкие, грациозные…
Они обложили меня по всем правилам древней как мир охоты, даже не подозревая о том, насколько согласованно действуют, словно невзначай заключив меня в символический треугольник.
– Бабы тебя погубят, внук, – съехидничал дедушка Хандзо, почуяв зародыш паники в моих мыслях. – Позор на мою голову! Мой талантливый внук, надежда всего рода… и не может разобраться со своими бабами!
– Они не бабы! В другое время, возможно, пришлось бы долго выбирать, какая из них мне больше нравится и достойна стать моей женой, но… – огрызнулся я, лавируя среди гостей и безуспешно пытаясь исчезнуть из поля зрения курсирующих по бальному залу хищниц. – У меня нет времени на лирику, а их как магнитом притягивает.
– Мне по душе иное сравнение. Там фигурируют мухи, мёд и…
– Не смешно. Вот ни капельки. И вообще, божественную харизму я не просил. Её можно как-нибудь отключить?!
– Отключить?! – возмущённо повторил моё восклицание дед. – Развращённое механизмами поколение! Это можно научиться контролировать, а не отключить!
– А есть быстрый способ? У меня нет времени. Результат нужен сейчас! – мысленно прошипел я, раскланиваясь с молодым гусаром, коего невольно задел плечом: – Примите мои искренние извинения, господин…
– Калашников. Юрий Калашников, корнет Первого лейб-гусарского полка. А о вас, господин Хаттори, я наслышан от младшего брата, – вежливо отрекомендовался гусар, улыбаясь и сочувствующе кивая, стрельнув глазами в сторону ближайшей ко мне охотницы: – Хоровод невест – всегда испытание. Но хорошая мужская компания способна избавить от него в два счёта. Позвольте, я представлю вас своим друзьям, да и брат наверняка будет рад встрече…
– Быстрого способа нет! Разбирайся сам! И только попробуй снова начать мямлить! – сварливо ответил дед, прежде чем отчётливо исчез из моего сознания.
Мне же не оставалось ничего иного, как принять столь своевременное предложение нового знакомого и, сделав всего несколько шагов, оказаться в спасительной компании молодых офицеров. Замершая на полпути ко мне Наташа досадливо прикусила губу и, резко развернувшись, демонстративно растворилась в толпе гостей, чуть не столкнувшись со словно невзначай прогуливающейся по залу Алексой, старавшейся не смотреть в мою сторону. Только Мэйли Во Шин Во открыто подарила мне многообещающий взгляд и лукаво подмигнула, прежде чем удалиться, подхватив с ближайшего стола бокал шампанского и волнующе покачивая бедрами, туго обтянутыми зелёным шелком ципао.