— Спасибо за спектакль, — саркастично фыркнул я. — Пришла пора ответов, Сальвадор.
— Как и договаривались, мальчик мой, — кивнул он. — Присаживайся, объяснять придется долго. Начнем с того, что…
Какое-то время Сальвадор разжевывал для меня на пальцах то, как можно открыть кротовую нору между реальностью и Бездной, сравнивая определение степени двойной энтропиумной разряженности с температурой кофе: слишком горячий обожжет язык, а холодный будет уже совсем не тем. Когда урок был окончен, я приступил к практике, впоследствии чего смог открыть портал.
— Что ж, поехали, — подумал я.
— Прощай, сынок, ступай с миром и не забудь про свою часть договора.
— Даю слово, что не посмею вмешиваться в твои дела в благодарность за то, что ты уже дважды помог мне, Сальвадор, — пообещал я, после чего шагнул в созданную мной кротовую нору.
Старик сказал, что лучшим способом попасть в конкретное место Бездны будет преставление того, с чем оно связано напрямую. В процессе вторичной разрядки внутреннего энтропиума, я думал исключительно об «энтропогрануме», который хранил в себе координаты моей скромной лаборатории на островке, время на котором практически не идет. Какова же была моя радость, когда я вновь ступил на знакомую твердую почву, когда в поле зрения показались знакомые станки, инструменты и расходники, но самое главное — здесь был мой собственный труп.
Честно говоря, меня чуть не вырвало, когда я посмотрел на мертвое, но довольно свежее тело Илии из прошлого, но радовало то, что оно прекрасно сохранилось, а вместе с ним рядом валялись мои линзы, перчатка, руническое и обручальное кольца, а также мой меч «Костолом». Привычный рогатый шлем «Апостол» тоже отлично сохранился, как и одежда, но самое главное — мои драконьи глаза остались нетронутыми, как и «энтропогранум».
Я, пожалуй, пропущу тот момент, где мне пришлось уже во второй раз пересаживать себе эти глаза, потому сразу скажу, что благодаря успешной сделке с Сальвадором, я смог вернуть себе свое снаряжение, о котором помнил с самого рождения и рос, предвкушая, как однажды снова им воспользуюсь. Именно по этой причине я не могу вмешиваться в дела этого старика, ведь он помог мне простить себя, а потом еще и ответил на мучивший меня долгие годы вопрос.
Забрав все то, что принадлежит мне, я вернулся в реальность, перенастроив «энтропогранум» на другие координаты, после чего в моей жизни начался новый этап, и появилась новая цель — свергнуть с престола Гармонии короля, который был для меня ближе всех остальных врагов, чтобы занять его место и закончить начатое — возродить колонию Сенсус в лице нового государства под названием Гармония.
Вместе с тобой, Ашидо, я достигну своей мечты.
Глава 29: Водоворот отрицаний
С момента нашего с Илией разговора минула ночь, мы уснули в той же комнате в сидячем положении, и, к моему удивлению, он еще спал к моменту моего пробуждения, потому я решил немного пройтись по дому и обсудить с Хорнет то, о чем мы говорили. Честно говоря, половину из услышанного я уже толком не помню — план Илии по спаиванию меня, судя по всему, был направлен именно на такой результат, чтобы скрыть хотя бы некоторые факты из его биографии. Всяко лучше просто напоить меня, чем опять прибегать к «шиирацу».
Кстати говоря, он ранее не упоминал о «ранмацу», но я уже видел эту способность в тот день, когда Илия впервые пришел в орден — тогда он не дал мне себя ударить, использовав именно ее. Что касается остального, то теперь мне известно, что этот рогатый чудила некогда был человеком с действительно значимым и большим именем, но однажды все потерял, а добивающим фактором послужило перерождение в новом теле Августа Драговича — ему совсем не идет это имя.
Еле отодравшись от дивана, я неспешно покинул гостиную и направился в кабинет Хорнет, где ее могло и не быть, потому я решил обратиться за помощью к нашему любимому переговорному устройству:
— Хорнет, ты в кабинете? — пробормотал я похмельным голосом.
— Проснулась ласточка, — саркастично произнесла она в ответ. — Я сейчас с Луной, ассистентом Юстиции, обсуждаем не очень хорошие новости, тебе бы тоже послушать, но для начала зайди к Лаффи, ибо она Ринне уже весь мозг тобой вынесла.
— А что за новости? — поинтересовался я.
— Ашидо, давай ты сначала сделаешь, что я сказала, а потом мы все тебе доступно изложим.
— Хорошо, — подтвердил я. — могу взять с собой Илию?
— Его присутствие очень приветствуется, они с Луной уже давно знакомы и нечасто могут позволить себе по-дружески перетереть.
— Принято, до связи, — оборвал я, после чего сменил свой маршрут на путь, ведущий в медпункт.
Намека на другие весьма удивительные новости я не оставил — пусть это будет сюрпризом. Когда дверь заветного медпункта наконец была достигнута, я ступил внутрь, но вместо Лаффи застал удивленные чем-то лица Ринны, пилящей меня взглядом, и Итачи с тарелкой каких-то вкусностей. По прошествии незначительной секунды мне в спину с огромной силой что-то врезалось, от чего я мгновенно рухнул на пол.
— Аши! Ты пришел! — послышался громкий и восторженный голос Лаффи.
Оклемавшись от удара, я лицезрел прямо над собой ее саму в полном здравии без намека на дальнейшую надобность соблюдать постельный режим. Лаффи уселась прямо на меня, и, скажу честно, было крайне тяжело мириться с весом ее бедер, которые вот-вот раздавят мои внутренности.
— Лаффи, встань, пожалуйста, — прокряхтел я.
— М? Тебе не нравится? — оторопела она.
— Я сейчас умру…
— Ладно, уговорил, — она поднялась на ноги, встав напротив меня.
Когда пришел мой черед подниматься, я почувствовал, что все содержимое желудка может в один момент выйти наружу, но сдержал настойчивый порыв, не подав виду о своем дискомфорте.
— Ну, здравствуйте, девочки, — наконец поприветствовал я тех, кто мог лишь наблюдать за этой картиной с изумлением.
— С пробуждением, Ашидо, — сказала Ринна.
— Доброе утро, завтракать будете? — улыбнулась Итачи, слегка приподняв ложку.
— Завтрак? — опомнился я. — С радостью, только, вот, это, наверное, порция Лаффи.
— Дай сюда! — прокричала Лаффи, вырвав из рук Итачи тарелку и столовый прибор. — Аши, садись, будем кушать.
— А может я сам поем?
— Никаких «нет», садись, — приказала она, рухнув на кушетку.
Пришлось смириться, потому я подчинительно уселся рядом с загоревшейся идеей покормить меня Лаффи. Она тут же зачерпнула белое содержимое из тарелки, подставив ложку мне ко рту, что я сразу же проглотил. Это блюдо оказалось довольно сладким и нежным, мне сразу же вспомнился вкус детства — манная каша.
— Вкусно, — улыбнулся я. — Это Итачи приготовила?
— Нет, — опровергла сама Итачи, — кашу готовила Лаффи специально для тебя.
— Пока ты развлекался с Илией, она нам весь мозг вынесла, — вмешалась Ринна, — все утро трындела о том, что хочет покормить тебя манной кашей. Я настаивала на постельном режиме, но Лаффи просто сбежала из медпункта и бегала по всему дому до тех пор, пока не нашла кухню.
— Хей, что за поведение такое? — наехал я на нее.
— Все для тебя, Аши, — широко улыбнулась она, показав свои блестящие зубки.
— Чувствую себя ненужной, — промямлила Итачи.
— Да замолкни ты, иногда нужно брать выходной, — проговорила Лаффи.
— Может ты и права, — вздохнула она в ответ.
По их общению и не скажешь, что у Лаффи все-таки получилось с кем-нибудь подружиться, но негативного фактора не наблюдается — она просто плохо воспитана.
— Слушай, Лаффи, а ты вообще стараешься подружиться с остальными? — поинтересовался я.
— Конечно! — без доли сомнения заявила она. — Я уже хорошо подружилась с Ринной и Итачи, а еще с кошечкой!
— Кошечкой? — вдруг осенило меня.
У нас же была кошка Сильвия, о которой я уже совсем позабыл, поскольку ни разу не видел ее в этом огромном доме с момента возвращения.
— Ну, с той, которая в углу, — Лаффи указала мне ложкой на Сильвию, довольно растекшуюся под стулом, на котором сидела Ринна.
— Ого, давно тебя не видел, шерстяная, — обрадовался я, подзывая ее к себе.