— Нао? — вдруг опомнилась Аой, на секунду застыв в одном положении.
Когда все было кончено, девушка ласково положила на плечо Тайкона руку, выражая свои соболезнования, лишь добавляющие горечи в осознание утраты.
— Унеси ее, — приказал Тайкон, сидящий всего в пяти метрах от меня.
Едва услышав приказ, она принялась беспрекословно его выполнять, подхватив безжизненное тело Хомуры незримой силой, и потащив его обратно в сторону пелены. Именно на этом моменте я убедился в том, что перед нами была именно Нао, ведь никого более с такой силой в Гармонии не сыскать, и, честно говоря, я совсем не ожидал увидеть ее на стороне «Спектра». По мере того как моя собственная старшая дочь продвигалась к порталу, она сбрасывала с себя все то, что закрывает лицо: сначала капюшон, а затем и маску, что с глухим отзвуком рухнула на землю. Показался злобный оскал, блестящие светлые волосы развивались на ветру, голубые глаза смотрели в мою сторону, осуждая каждый сантиметр моего тела и все то, что нельзя было измерить. Не произнеся ни слова, она лишь кинула в мою сторону оскорбительный жест, после чего вместе с телом Эверби скрылась за пеленой, а следом за ними в ту же секунду нырнула и Эмили Морроу. Майор воспользовалась своей силой, благодаря чему смогла на огромной скорости ворваться в закрывающийся портал, растворившийся в воздухе в ту же секунду, не оставив за собой ничего.
— Опрометчиво, майор Морроу, — подумал я. — Куда бы они не ушли — это место станет твоей могилой.
Один лишь Тайкон остался на том же месте, его переполняла злоба и неимоверное желание пролить мою кровь на этом же месте, и все это читалось по одной лишь позе, в которую он встал.
— Котай, — проскрипел зубами он, сжимая в руках катану, что секундой ранее еще была в гильотине.
— Мне нечего тебе сказать, Тайкон, — ответил я в напряжении, понимая, что тот не стал бы меня слушать ни при каких условиях, в особенности если бы я сказал, что не отдавал приказ приводить в действие гильотину.
— Решим все здесь и сейчас, — прорычал глава «Спектра», схватившись за меч обеими руками.
Не думая ни секунды над своими шансами, Тайкон собрал всю волю в кулак и сделал выпад в мою сторону, лезвие его катаны засветилось ярче ночных фонарей, а руки сжали рукоять крепче тисков. Зная поведение шепотов, которые владеют телепортацией, я без проблем мог предсказать, откуда он появится, но Аой меня опередила: ноги мужчины подкосились, его тело устремилось вниз, с грохотом врезавшись в непробиваемую землю. В таком положении он и застыл, не имея никакой возможности пошевелиться под страшной силой гравитации, вдавливающей тело в поверхность.
— Ваше Высочество! — прокричал кто-то из толпы перед трибуной.
— Не вмешивайтесь! — отдал я однозначный приказ, нарушение которого не потерплю.
Теперь все внимание было сосредоточено на таинственном инкогнито, что точит на меня зубы больше, чем кто-либо в Гармонии. Я все гадал, что за человек скрывается под маской, и сегодня появилась возможность наконец раскрыть все карты, особенно с учетом того, что маска оказалась не такой крепкой, как та земля, с которой пришлось столкнуться: пластик треснул, а стекло невольно посыпалось.
— Достаточно, Аой, — скомандовал я, дав дочери понять, что более вдавливать его в землю не нужно.
Хотелось подойти вплотную и сдернуть остатки маски, выбросив ее прочь, но, вопреки моим ожиданиям сделать все именно так, как и задумывалось, Тайкон сам одернул ремешок с головы, освободив лицо, а затем уставился мне прямо в глаза, и, честно говоря, такой злобы я еще нигде не видел.
— Теперь все встало на свои места, да? — с озлобленной ухмылкой проговорил Тайкон, выразив насмешку.
— Ашидо Такаги, кто бы мог подумать, — наконец осознал я, увидев знакомое лицо, которое так хорошо запомнилось в прошлом году. — За всем этим стоял именно ты, а я даже не догадывался.
— Сюрприз, ублюдок, — прошипел Ашидо.
Глядя в его глаза, я хотел знать все подробности того, как все могло обернуться подобным образом, но сила вновь отвергла меня — снова эти глаза, снова отражение, а не кинопленка с воспоминаниями. Что-то явно было не так, словно Бездна меня отвергает…
— Знаешь, сейчас ты выглядишь совсем иначе, чем год назад, — подметил я, не признав новый цвет глаз. — Стало быть, тот псих Хандзо сейчас мертв, и ты вышел победителем из схватки. Понравилась Бездна?
— Ты следующий, — угрожающе проговорил он, проигнорировав вопрос.
— Что ж, — тяжело вздохнул я, — в последнее время ты стал большой занозой в заднице, Ашидо Такаги, твои действия и действия твоего ордена понесли за собой такие последствия, которые придется расхлебывать годами.
— На это уйдет меньше времени, чем если бы мы расхлебывали твои, — дерзнул Такаги.
— Ты об этом не узнаешь, Тайкон, — соскалился я. — Я по горло сыт тобой и твоим орденом, потому уйди с честью, умерев от руки короля — я сам лично тебя прикончу.
— «Спектр» припомнит тебе это, и он не умрет с моим уходом, — уверенно произнес Тайкон. — А я не сдамся!
— Учту, а теперь прощай, Ашидо Такаги, — прорычал я, вынув из кобуры под одеянием свой клинок «Фуку», после чего готовился нанести удар, плотно закрыв глаза, что следом за этим стали медленно приоткрываться. — Парадокс Кишин!
В эту же секунду Ашидо попробовал подняться на ноги, но не успел — его тело застыло в неподвижном состоянии, в котором никто не смог бы мне противостоять. Все то, что находилось вокруг, в миг затихло, толпа по каждую сторону эшафота замерла, словно тысячи статуй все это время были свидетелями моего сияния. Мир погрузился в мертвую тишину, небо стало темным, тучи светлыми, теплые и холодные краски этого бренного мира приобрели новый контраст, засияв краше, чем выглядят в привычном понимании мироздания. Лучи света застыли в воздухе, ветер, что развивал волосы, внезапно затих, слезы Аой больше не скатывались по нежным женским щекам, пока из моих глаз тихо сочилась кровь, капая с подбородка на землю, что полностью выбивалось из общей картины. Сейчас, когда наступил черед кары, в этом мире не существует ничего, кроме меня, даже времени — это и есть «Парадокс Кишин».
Твердо ухватившись за рукоять «Фуку», я медленными шагами начал сближаться с жертвой. Один лишь порез, одно лишь ранение в шею — и Тайкон навеки выпадет из памяти граждан Гармонии. Мне всего лишь нужно отделить его головной мозг от спинного, заставить сознание потерять контроль над энтропиумом внутри, чтобы он умер мгновенно. Уже спустя пару шагов, я твердо решил закончить начатое и сделал выпад навстречу Такаги, но что-то меня остановило.
Это можно было назвать лишь инстинктом, предчувствием надвигающейся опасности — но что может угрожать человеку, который живет вне часовых и минутных стрелок? Что может ранить нестареющего повелителя времени? Ответ был лишь один, и я до последнего отказывался в него верить.
В замершем мире, где все стоит на своих местах и ожидает возможности вернуться в цикл времени, с неба внезапно что-то упало, с огромной силой вонзившись в землю прямо передо мной, заставив меня отпрыгнуть на безопасное расстояние, прикрыв лицо скрещенными руками. Стоило отскочить назад, все вокруг стало терять контраст, мир становился серым, пока в один миг время не пошло своим чередом — это значило лишь то, что сил для повторного использования «Парадокса» у меня не осталось — почему?
Убрав от лица руки и освободив себе обзор, я лицезрел такую картину, которую не ожидал увидеть ни в одном из самых кошмарных снов — из земли торчал меч, и был он не простым мечом, а тем, что делают из драконьей кости. Его лезвие обвивало беспорядочно бушующее пламя, оранжевая линза в середине гарды сияла так, что глаза хотелось прищурить, а та поверхность, которая пала жертвой удара, в реальном времени с каждой секундой все больше плавилась от жара, способного расплавить даже камень.