— Ладно, — наконец выдохнула Юстиция, — чем могут быть полезна?
На этом моменте моя голова совсем опустела, ибо Солен ожидала ответа от кого-нибудь из нас, а Илия в это время молчал, словно ожидая моей инициативы. Собрать слова воедино удавалось с трудом, что-то мешало мне сосредоточиться и донести мысль до собеседника, словно я никогда в жизни не разговаривал с людьми и впервые испытывал подобный опыт.
— Ашидо, — внезапно окликнул меня Илия, — ты будешь говорить, или мне все сказать за тебя?
— Я сам, — разум наконец встрепенулся от одной только мысли о том, как Кишин говорит от лица главы. — Солен, нам нужны союзники.
— Союзники? — оторопела она. — Разве вам недостаточно поддержки с моей стороны и от предприятий? Не хватает финансирования?
— Не в этом дело, — оборвал я. — Нужны бойцы — те, кто сможет встать бок о бок в решающий момент.
— Ну, а я тут при чем? — еще больше замешкалась Солен. — Мой орден не держит бойцов, мы помогаем людям и только… Не считая, конечно, парочки темных делишек на стороне.
— Речь идет об ордене «Юнити», — прояснил я, наконец выйдя на нужную тему. — Насколько мне известно, только ты лично знаешь их главу и местоположение базы, поскольку вы уже в достаточно доверительных отношениях, проверенных годами.
— Хм, — задумалась она, — эти ребята еще ни разу напрямую с вами не работали. Та девушка… Наталья, вроде бы, она же из «Юнити»?
— Да, все верно, — подтвердил Илия. — Как раз-таки она и подсказала нам, к кому можно обратиться за помощью.
— А спросить у нее о местоположении базы или о способах связаться с боссом не судьба?
— Наташа всегда работала удаленно и через посредников, — пояснил я. — По крайней мере, Хорнет так сказала.
— Понятно, — тяжело вздохнула Солен, после чего схватилась за ручку и маленькую бумажку, вырвав ее из стопки. — Хрен с вами, сейчас напишу адрес.
— Спасибо, Солен, — улыбнулся Илия.
— Притормози, — вдруг оборвала она, — эта бумажка достанется вам только при нескольких условиях: первое, вас здесь не было, второе, «Спектр» и «Юстиция» никогда и нигде не пересекались, третье, я ничего не говорила вам о «Юнити». Доступно?
— Как будто есть другой выход, — протянул я в недовольстве.
— Будем считать, что мы договорились, — Солен протянула мне бумажку, на которой был адрес по улице «А» где-то в Академическом районе. — Рассчитываю на вашу совесть и ответственность, особенно в том вопросе, чтобы случайно не обронить где-нибудь такую важную информацию.
— Спасибо, госпожа Юстиция, — слегка улыбнулся я, глядя на уставшее лицо Солен.
— Ах, вот еще что, — опомнилась она. — У них принято опознавать друг друга по жесту «единства». Для этого нужно вытянуть указательный и средний палец обеих рук, а затем сложить их вот так — крест-накрест.
— Разве нам это пригодится? — оторопел я. — Мы не в «Юнити».
— Скажешь тоже самое простым сотрудникам, и тебя мигом оттуда вышвырнут, — предостерегла Солен.
— Учту, — однозначно сказал я. — Спасибо, Солен, мы у тебя в долгу.
— Можете прямо сейчас вернуть долг тем, что свалите далеко и надолго.
— А если понадобится связаться? — вопросительно наклонил голову я.
— Мы с Хорнет решим этот вопрос, — открестилась Солен. — А теперь, валите уже, выйдете через черный ход.
— Еще раз спасибо, Солен, — напоследок поблагодарил я. — Идем, Илия.
После благополучного диалога, из которого удалось извлечь для себя пользу, мы выдвинулись по указанному адресу, покинув орден «Юстиция» еще через парочку плотных стен, в конечном итоге оказавшись на тыльной стороне здания.
— Что теперь? — я заговорил первым, разглядывая вырисовавшиеся на бумаге буквы и цифры. — Ты хоть раз был там? Где находится эта улица?
— Не дай соврать, это где-то вблизи южной границы Академического, — задумался Илия. — Либо западная, либо северо-западная улица от кольца.
— И как нам пробиваться практически через весь район?
— Ну а ты сам как думаешь? — как-то многозначно посмотрел он на меня.
— Дай-ка подумать.
Насколько я помню, в этом районе находится ливнесток. Если идти на восток, в конечном итоге точно в него упрешься, а если следовать вдоль на юг, то такими темпами вполне возможно выйти прямо к Академическому району.
— Как насчет двигаться вдоль ливнестока? — предложил я. — Неудобно будет, конечно, перебираться на другую сторону без мостика, но всяко лучше, чем мелькать у всех перед глазами. А дальше пойдем крышами и переулками, ибо иного варианта у нас нет.
— Не поверишь, — ухмыльнулся Илия. — Я хотел предложить тоже самое.
— Тогда в путь, не будем терять времени.
***
Уже через двадцать минут мы были по ту сторону ливнестока, практически на пороге заветного района. Не скажу, что было легко перебраться через него, но и сложно, отнюдь, не было. Оставалось лишь пересечь район как можно более скрытными методами, чтобы случайно не оказаться в поле зрения гвардии. Наше благо, что здесь практически не проводят патрули — гвардия сконцентрировалась в Торговом и Парадном районах. Чего они только не сделают, лишь бы поскорее с нами расправиться и обезопасить дворец во избежание уже третьего нападения со стороны «Спектра».
Нырнув в ближайший переулок, мы выдвинулись навстречу «Юнити».
— Слушай, Илия, — в перерыве между движениями заговорил я.
— Чего? — откликнулся он.
— Ты не в обиде на меня за те гадости, которые я успел наговорить?
— Обижаются только девочки, Ашидо, — протянул Илия. — Мужчины делают выводы. Лично я сделал и не могу сказать, что как-то озлоблен на тебя, или что-то в этом роде.
— Понятно, — выдохнув, сказал я.
— Ты ведь из-за Эхо решил прислушаться ко мне?
— Наверное, — неоднозначно ответил я, почесав затылок. — Все-таки она большая молодец, раз решила вмешаться. Мы могли бы и не примириться, если бы не она.
— Интересно, почему…
Следом за этим последовала неловкая пауза, мне было действительно стыдно за свое поведение, но это вовсе не значило, что я признаю себя полностью виноватым. Осадок, как говорится, остался, и он немного мешает поддерживать прежнее отношение к человеку, который не очень-то и располагает доверием.
— Илия.
— Что?
— Я хочу знать твои мотивы, — осторожно пробормотал я. — Мы ведь для тебя вовсе не родные, а лишь временные союзники. Разве ты не собираешься уйти в закат, когда все кончится?
— Возможно, но я не смотрю так далеко в будущее, — ответил Илия. — В «Спектре» очень много приятных людей, которые уважают меня и даже любят, однако, если брат по какой-то причине вынудит меня уйти — я уйду.
— В каком смысле вынудит? Ты уже готов бросить всех и встать на сторону дворца?
— Ты неправильно меня понял, Ашидо, — вздохнул он. — Я говорю о том, что даже если весь этот кошмар закончится, народ может не принять Бартона. Не ты один желаешь ему смерти, а я не могу допустить того, чтобы он умер. В этом случае придется покинуть Гармонию и усесться где-нибудь на континенте — там и займусь его перевоспитанием.
— Неужели вы настолько близки, что ради одного человека ты готов бросить всех остальных? — где-то глубоко в душе возмутился я, сам не зная, почему. — Разве оно того стоит, Илия?
— Мы — близнецы, Ашидо, — тяжело вздохнул Кишин, словно я не понимаю банальных вещей. — Оба росли без отца и матери, всегда поддерживали и любили друг друга, росли вместе, работали, сражались, влюблялись и даже умерли в один день. Никого ближе этого человека у меня никогда не было, и только он один до самого конца за меня держался, какие бы сложности не вставали на пути. Хоть Гармония и стала для меня почти что новым домом, ради Бартона я готов пожертвовать своим будущим в ней.
— А если он не примет твои чувства? Если Бартон до победного будет стоять на своем и противиться? У нас просто не останется выхода, кроме как убить его.