Трогательно зрелище, выводит на эмоции. Какое-то время мы еще болтали одной большой компанией, после чего все разошлись по своим делам: Мисато и Хорнет отправились обсуждать что-то деловое и денежное, Итачи взялась за обучение Войд, Амелия удалилась, чтобы прилечь отдохнуть, а я в компании Ринны выдвинулся к медпункту, чтобы забрать оттуда Илию.
Когда мы наконец переступили порог медпункта, я застал внутри интересную картину, как Илия в дружелюбном тоне разговаривает с Лаффи, прикованной к кушетке. Стоило им нас заметить, так оба сразу же переключили свое внимание с диалога на нас.
— Круто вы придумали с Итачи, — улыбнулся я Илии. — Тебе положена доля за помощь.
— Я уже отказался от денег, — проговорил он, — все лавры должны достаться Мисато. Ты лучше посмотри на это чудо, — Илия указал мне головой на Лаффи.
Она шла на поправку, это было видно по ее игривому и довольному взгляду, который переменился на трогательный с появлением меня.
— Ну, как ты? — спросил я у Лаффи, присев рядом с Илией на соседнюю с ней кушетку.
— Х-хорошо, — промямлила она. — Аши, это правда ты?
— Да, Лаффи, это я — твой Аши, — широко улыбнулся я.
— Боже, я уже потеряла надежду на то, что однажды снова увижу тебя…
— Как и я. Расскажешь мне обо всем, что успела пережить с тех пор? Уже много лет прошло, мы выросли и стали взрослыми, я даже не узнал тебя поначалу.
— Аши, я не хочу об этом говорить, мне очень больно вспоминать о минувшем. Пожалуйста, забудь обо всем, что было в прошлом — это уже не важно.
— Почему? — с интересом и осторожностью спросил я.
— Прошу, не надо, — умоляла она. — Просто обними меня, как раньше, Аши.
— Ну, хорошо, иди сюда, — подозвал я к себе Лаффи.
Я аккуратно приподнял ее в сидячее положение, уселся рядом, после чего мы расплылись в теплых и крепких дружеских объятиях. Лаффи со всей силы впивалась мне в спину, то ли дело я слышал ее счастливые всхлипы, мелькающие в промежутках между слезами боли.
— Я так рада, что ты со мной, — мямлила она. — Ты очень изменился с тех пор: другие глаза, другие плечи, совсем другой запах, но кое-что в тебе ни капли не изменилось — твое доброе сердце.
— А ты стала куда спокойнее с тех пор, очень преобразилась и повзрослела.
— Хочешь сказать, что я стала привлекательнее как девушка?
— Можно и так сказать, — подтвердил я.
Краем глаза я заметил, как в этот момент перекосило Илию, будто я что-то дурное сказал. Он пилил меня взглядом так, будто я совсем тупой. Ежу понятно, что Лаффи подвергалась насилию, но раз уж я ее единственный друг в этом огромном и жестоком мире, то обязан сказать несколько ласковых слов, чтобы ей стало легче.
— Я очень рада, — Лаффи вглядывалась мне в глаза. — У меня никого больше не осталось в этом мире, кроме тебя. Я люблю тебя, Аши.
— И я тебя люблю, Лаффи, — согласился я, крепко обняв ее.
— Кхм, — послышался звук желания Илии вмешаться в разговор. — Не хочу отрывать вас от трогательного воссоединения, но Ринна, должно быть, ждет капельку искренних извинений.
— О чем ты? — замешалась Лаффи.
— Снова здравствуй, Лаффи, — вклинилась Ринна, усевшись рядом с Илией. — Меня зовут Ринна, если ты правильно помнишь, то ты разбила мне голову об стол.
— И что? — невозмутимо вопросила Лаффи.
— Ну, знаешь, я на тебя не в обиде, но не хотелось бы, чтобы друзья ранили друг друга.
— Ты мне не подруга, — отрезала Лаффи.
— Зачем же ты так грубо? — возмутилась Ринна, пытаясь говорить помягче. — Я желаю тебе добра, как и все остальные в этом доме.
— Отвали, я тебе не доверяю, — продолжала отстранятся Лаффи. — Только Ашидо разрешено называть меня своим другом.
— Говори, как хочешь, но тебе еще уйму времени придется находится в одной комнате со мной. Я планирую подружиться, потому придется смириться и принять меня.
— Ни за что! — завелась она. — Я сказала, что только Ашидо можно находится рядом со мной!
— Хей, Лаффи, успокойся, — вмешался я. — Это не я тебя спас, а Хорнет и Амелия. Лечил тебя тоже не я, а Амелия, Ринна и Илия. Способствовал в операции по спасению тоже не только я, но еще Мисато и Войд, а когда ты вернулась, вкусную еду тебе готовила Итачи, чтобы ты набрала массу и поправилась. Прими их доброту, не упрямься, или я очень расстроюсь.
— Ты правда расстроишься? — похоже, я нашел нить между ней и остальными.
— Да, потому что все они — мои друзья, как и ты. Здесь нет чужих, все друг другу помогают и стараются друг друга не обижать. Ну, извинись, пожалуйста, перед Ринной.
Лаффи немного замялась, но по ее лицу было видно, что она раскаивается и пытается подобрать слова, чтобы извиниться.
— Ринна, прости меня, — наконец заговорила она, — я не хотела навредить тебе, просто очень испугалась, оно само получилось.
— Извинения приняты, — улыбнулась Ринна. — Ну, будем подругами?
— Не уверена, что мы можем… но я постараюсь, — согласилась Лаффи.
— Вот и хорошо, чувствуй себя, как дома, мы все тебе рады.
— Отлично, а теперь нам с Ашидо нужно отлучиться, — вмешался Илия.
— Погоди, дай нам минутку, — заспорил я.
— Время пошло.
— Лаффи, пообещай мне, что ты со всеми подружишься, — требовательно посмотрел я на нее.
— Аши, ты просишь о большем, чем я могу тебе дать.
— Это не так сложно, вы ведь с Илией уже подружились? — улыбнулся я.
— Наверное, — сомневалась она. — мистер Кишин понимает меня и у него приятный голос, но я все еще почему-то трясусь от страха в его присутствии.
— Спасибо, — иронично пробормотал Илия.
— Вот, видишь, — говорил я, гладя ее по голове, — заводить новых друзей не так сложно. Я поддержу тебя в любом начинании, а пока отдыхай и набирайся сил, хорошо?
— Уже уходишь? — расстроилась Лаффи.
— Дела ждут, я обязательно зайду к тебе позже.
— Я буду ждать, Аши, — с грустным лицом промямлила она.
— Тогда точно приду, веди себя хорошо, — сказал я, поднявшись с кушетки и двигаясь с Илией к выходу.
По глазам Лаффи можно было сказать, что она совсем не хочет меня отпускать. Я тоже совсем не хотел уходить, но если Илия сейчас не расскажет мне о прошлом моей дорогой подруги детства, то потом шанса не будет, потому приходится идти на жертвы.
Мы вышли из медпункта и двинулись в гостиную, зайдя по дороге на кухню, чтобы прихватить с собой закуски и напитки. Уже в гостиной Илия сбросил с себя груз рогатого шлема и плаща, оголив скрытые места своего костюма, и, честно говоря, я не ожидал увидеть у него на поясе целый арсенал из каких-то сумок. Мы оба развалились на диванах напротив друг друга, послышался характерный звук открывающейся банки «Melon’y Cherry». Через пару минут на столе уже расположились все возможные закуски: сырокопченая колбаса, разные сухарики, сырные палочки, а еще какая-то причудливая бутылка.
— Что это? — спросил я, схватившись за нее.
— Виски, — однозначно ответил Илия.
— Ты планируешь напиться здесь со мной?
— Дело не в «напиться», просто мне тяжело будет повествовать о Лаффи на трезвую голову, — пояснил он.
— Давай я запру дверь, будет не очень хорошо, если кто-нибудь увидит нас пьяными.
— Валяй, я пока налью.
Поднявшись с дивана, я подошел к двери и дернул защелку, после чего вернулся обратно в компанию своего единственного соулмейта.
— Держи, — Илия протянул мне шот виски, — опустоши залпом, а потом запивай «Melon’y Cherry» и закусывай — хорошо пойдет.
— Погоди, а разве разумно мешать энергетики с алкоголем? — опомнился я, уже держа в руках шот.
— Будь ты обычным человеком, сердце бы отказало после большой дозы, но у тебя в груди такой мотор, что им ковчег запитать можно — не переживай.
— В таком случае, за нас! — поднял я тост.
— За нас! — поддержал Илия, после чего мы сразу же опустошили емкости.
Я еще не пробовал виски, потому удивился тому, что мне сразу ударило в мозг, но напиток от этого противнее не стал, напротив, этот эффект вносит свою перчинку. Какое-то время мы просто пили и закусывали, пока я не почувствовал, что голова уже ходуном ходит, как и у Илии, по всей видимости.