— Только знак? — ошеломленно спросил Коури.
Он не мог представить, как это — нет войны и утомительной охоты, зато вдоволь еды, которую не нужно добывать погоней, убийством и тяжелым трудом. Если Радоус прав, тогда понятно, почему его спутники гибли с такой готовностью. Зная, что в скором будущем каждого ждет беззаботное существование, можно и перетерпеть мучительный момент смерти. А доблесть и бесстрашие кочевников, поразившие Коури, получается, ни при чем?
Неужели по Ту сторону Жизни в самом деле все так легко и просто? Почему же Зазывающий Духов ничего не рассказывал об этом? Может быть, степные люди уходят не туда, куда отправились после смерти родичи Коури? Или Ту сторону Жизни разные народы видят по-разному, а истинное знание недоступно никому? До самой смерти. У Повелителя Камней перехватило дух от такого открытия.
Глава 2
Радоус истолковал его изумление по-своему.
— Вот! — Он с гордостью вынул из-под доспеха тонкую, почти прозрачную, отшлифованную до блеска круглую пластинку, на которой чернело что-то острое, изогнутое — не то коготь, не то клык. — Матондо! — пояснил Радоус. — Его носит на груди каждый Охотник за Демонами, вне зависимости от пола и возраста. А вот еще — смотри.
Кочевник ткнул пальцем в маленькое, почти незаметное клеймо, выгравированное над забралом красного шлема. Все тот же коготь-клык. Нет, на клык похоже меньше. Скорее, коготь.
— Грифон, — подсказал степной маг, — знак моего племени — коготь грифона. Он украшает наше Матондо, и потому мы называем себя Грифонами.
Матондо выбивается на оружии и утвари. Оно позволяет отставшему или заблудившемуся члену племени найти в Великой Степи свой народ по Эту сторону Жизни. Ну а медальон Матондо поможет ему в поисках по Ту сторону. Самым большим кощунством считается снять Матондо с мертвого и обречь покойника после смерти на бесприютные скитания, пока Потерявшегося не сожрет Демон. Законы Степи запрещают так поступать даже с заклятым врагом. Да и носить на себе чужое Матондо — это позор.
Матондо — меньше ладошки младенца — казалась еще миниатюрнее в огромной руке кочевника, привыкшей подчинять своей воле Покорных Зверей. Странно, что могущественные Охотники за Демонами так уповают на силу измельчавшего до размеров детской нагрудной бляшки идолка-Матондо.
Коури хотел высмеять и Радоуса, и его медальон. Но не смог. Не смог он и отвести взгляда от миниатюрного солнца в полпальца величиной. Почти не моргая, Повелитель Камней завороженно смотрел на блестящий кругляш.
Радоус поймал его взгляд:
— Я вижу в твоих глазах алчность, варвар. Глупо поддаваться ей. Это Матондо годится лишь для поиска племени Грифонов. Свое племя с его помощью ты не отыщешь ни на одной стороне Жизни. А использовать иначе — не сможешь.
Радоус небрежно сунул металлическую пластину обратно под доспех. В его действиях не было и следа того благоговения, с которым люди из племени Коури относились к своим святыням. Нет, Охотники за Демонами вовсе не поклоняются Матондо, как решил Повелитель Камней вначале. Для них это всего лишь еще один предмет обихода, у которого есть определенное предназначение. Только одно. Радоус прав: Матондо, не имеющее острых краев, не пробьет ни шкуру лесной кошки, ни перья грифона. А что блестит… так вода — она тоже блестит, но ее брызгами не добыть зверя и не убить врага.
Повелитель Камней утратил всякий интерес к бляшке Матондо и усмехнулся про себя. Доблестные Охотники за Демонами оказались настолько жадными, что оставляют своим покойникам только кусочек металла, которого не хватит и для наконечника стрелы. А если по Ту сторону Жизни все не так безмятежно, как представляют себе кочевники?
Проницательный Радоус уловил едва заметное движение губ Коури.
— Ты, кажется, что-то хочешь сказать? — поинтересовался он.
Повелитель Камней сказал то, что думал:
— Вы жадное племя, маг Радоус. И после смерти каждый из вас платит за это высокую цену. Ваши герои по Ту сторону Жизни, должно быть, находятся в услужении у наших. Потому что мы снаряжаем своих…
— Хватит, варвар! — рявкнул Охотник за Демонами. В его глазах заплясали злые огоньки.
Коури довольно улыбнулся. Невозмутимость Камня не в характере людей Степи.
— Не пристало гостю злоупотреблять законами гостеприимства, — процедил Радоус сквозь зубы. — Не забывай, варвар, гостем тебя пока что объявил только я. Но я же могу оставить вас с Грэгом наедине. И удалиться по делам. И забыть отдать приказ, оберегающий твою жизнь.