Выдохнул…
Темп боя безумно-быстрый для состояния тела. Еще три метнулись ко мне. Два ударили в кирасу, один оставил царапину на плече. Перерубил их все одним широченным удачным взмахом.
Нога чудовищно разболелась. Иск сдвинулся, я опять приблизился.
Наросли еще четыре лапы – эти появились буквально за две секунды.
Провел половину минуты, размахивая оружием. Отсекал все конечности, что атаковали меня. Ощущал: руки, будто свинцом налились, забились мышцы, протестовала нога, угрожая предать и подломиться в каждое следующее мгновение.
Некр раздери.
За это время оставил два пореза на “коробе” и три смертельные раны на человеческой фигуре.
Пришло время для козырей: тело уже не тянуло. Я не мог избежать абсолютно всех попаданий и своевременно отрубать все прорастающие конечности.
Двинулся прямо, активируя способность Кряж. Так усилил твердость плоти и кожи; нырнул в самую гущу, размахивая мечом. Еще три лапы отсек. Треск ломаемого хитина, шевеление волосков, щелканье конечностей, бульканье, шипение, моё сбивчивое тяжелое дыхание – всё это застыло в ушах тревожным гимном жизни.
В меня прилетело два укола – пустое. Еще две конечности отсёк. Сместился. Срубил весь сор, торчащий из “живота”, который нарос половинчатыми хитиновыми-трубками: основы от обезвреженных лап.
Вцепился левой ладонью в головную часть “короба”. Еще чуть выше. Подтянул руку к животу, который из “короба” и торчал. Так и держался, глядя как нарастали плоть и хитин.
Тварь.
– Без паники, – пытался подбодрить Принц.
Иск направил на меня когтистую ладонь и жахнул способностью.
Картечь.
Для активированного “Кряжа” – это мелочи. Два десятка силовых осколков срикошетили, оставляя на коже царапины и синяки.
Воткнул меч в центр регенерации – в место где живот и “короб” стыковались. Потянул лезвие вниз, морщась от звука чудовищного хруста и непередаваемой вони – на меня брызгали чёрные и зеленые струи, какие-то мясные гирлянды свалились. Засунул левую руку в образовавшуюся дыру по локоть; плоть начала срастаться, оказывая на предплечье и пальцы, не отросшие до конца, сильное давление – я активировал усилок “Иглы”.
Импульс воли прошел. Почувствовал отклик при запуске способности, вибрацию мяса и хитина и увидел, как из задней паучьей части, выбило силовой заряд со всплесками струй дыма и чёрно-красной жижи.
Взгляд вверх.
Попадание отразилось и на лице монстра: белая кожа пошла чёрными и красными жилами, из рта хлестало тьмой.
Паук сделал три «шага» в сторону, потянув и меня – ведь, считай, пророс внутрь.
Пока он тянул, я игнорировал прилетающие удары от лап по груди, плечам и шее; и сам бил в разные места “короба” мечом, оставляя глубокие проникающие раны. Каждое попадание сопровождал трепет всего паучьего тельца. Урон все-таки проходил.
В один из ударов меч засосало, как и руку; клинок неудачно вошел в начале цикла регенерации. Все атаки лап начали концентрироваться на моей многострадальной голове. Я остался беззащитен. Наконечники лап рвали кожу царапинами; морщился, они целились в глаз; выпустил рукоять, прикрылся рукой и, поспешив, зарядил все оставшиеся дары. Направил оружие выстрелом вглубь.
1; 0 из 4
Меч прошёл насквозь и вылетел, с другой стороны.
Тварь рухнула, расставив лапы в стороны, и я упал вместе с ней.
Торс с человеческой башкой поник. Из рта, глаз и ноздрей хлестала тьма – тело не подавало признаков жизни.
Мои лицо и плечи горели от резанных ран – там места живого не было.
– Видишь, ерундовое же дело, – смеялся Алт.
Без защиты с Кряжа, Уртов паук бы меня первыми же попавшими ударами продырявил до смерти.
– Иди нахер, Принц, – прохрипел ему в ответ.
Глава 8
“Есть присказка такая: если в тебя вцепился клещ Когорты, будь уверен не отцепится, пока все соки не выпьет.
Грустно, что многие молодые скиты, ставшие бы крепким середнячком в армии, сбегают во внутренние войска и делают карьеру там.
Император считает, что порядок в провинциях должны наводить не офицеры – внесистемники, с подходящим образованием, а именно скиты. Что я бы ему сказал? Плохо считает. Пусть считает по-другому”.