Остальные одеты по форме, на них тяжелые бронежилеты, подсумки, оружие на ремнях. Полный комплект короче. Суровые, взрослые ребята, под тридцатку. Мрачные выражения лиц.
Офицера Кшатрийца среди них не было. Обычные оперативники. А командир дома остался. И к лучшему, я и рассчитывал, что его не будет. Смысл ему на проверку зацепки приезжать.
Не думаю, что с наскока потянул бы капитана. На этот случай у меня оставалась граната. Да только ее, наверное, ему надо в рот затолкать, чтобы толк был. А так для отступления может и хватило бы в случае плохого расклада.
У тех двух, что несли с собой винтовки, была дополнительная защита на руках. Два других нарукавников не имели.
Они вышли, перекинулись парой фраз, покивали друг другу и двинулись к Сборщику.
Я поднялся с газона и направился к машине. Был уверен в себе, как стадо дредноутов.
– Дружище, закурить есть? – дружелюбно спросил у водителя.
Он повернулся, состроил удивленную мину:
– Что?
Активировав способность зверя, вбил клинок ему в грудь. Пробил и куртку, и туловище, и сиденье.
2; 5 из 6.
Хорошо – начало положено.
Крутанул.
Не знал, конечно, может и перестарался. Нужно ли было единичку дара тратить? Вроде и нет. Да только в последний момент, забеспокоился, а вдруг и этот – скиталец, а вдруг он тоже усилок на укрепленную кожу носит. И правильно забеспокоился, лучше работать наверняка.
Водила даже в таком состоянии, хрипя и разбрызгивая кровь, тянулся к пистолетной кобуре. Я придержал его за запястье и одним движением, пока активированный зверь еще радовал мое нутро и не перегорел – сломал кость. Вырвал меч из бедолаги-водилы, вложил в ножны.
Вороньё ничего не заметило.
Чуть сдвинулся в сторону четвёрки, ближе к капоту. Зашелся в медитации отвлечения. Вытащил из-под пальто карабин, присел и прицелился.
Оружие загрохотало. Брыкалось – я еще сильнее вдавил приклад в плечо.
Бац-бац-бац!
Не пальба – музыка. Пули ударили в ворона зеленым штормом; прошили насквозь и бронежилет, и укрепление, и плоть. На мгновение вокруг бойца застыла красно-зеленая взвесь, а потом мертвец рухнул, раскидав обглоданные попаданиями руки.
Перевёл оружие, но остальные ждать меня не стали, разбежались.
Казалось, что перепонки лопнут – так люди орали вокруг. Лаяли псы, мирняк ломанулся во все стороны, где-то и лавочки посбивали.
Опять вдавил спусковой крючок. Еще восемь дорогущих патронов улетели в пустоту. Вороньё быстро перестроилось, укрылось. Еще и огрызаться принялись. Один из них занял позицию за деревом слева и теперь отстреливался.
Я чуть пригнулся, закрыв голову рукой. Пули мимо просвистели. С правой стороны, боец накидал каменных зарядов.
Третьего ворона, который достал пистолет, так и не найдя удачного укрытия, я выцепил. Залил длинной очередью, и он там и упал, захлебываясь кровью. Пробитая грудь и пробитое горло – весь как решето. Опять зелено-красная взвесь. Поверженный ножками дрыгал. Но весь драгоценный боеприпас ушёл – магазин опустел.
Принц подначивал:
– Хорошо, ой, хорошо. Дави их, Кир, дави.
И я давил; так давил, что внезапно огребать стал. Каменный заряд разбил фару возле меня, осколками брызнуло на лицо.
Так близко.
Уверен если бы не медитация меня ужас бы пробрал. Только глаз починили, а тут опять летает всякое нехорошее…
Следующие два снаряда просвистели над головой. Винтовка ворона тревожно грохотала – пули рикошетили от машины.
Чуть сдвинулся, перезарядился. Укрытие оказалось не лучшим. Орудующий каменной магией швырнул земляной молот. “Аскет” бортанул меня в спину. Я упал вперед, перекатился и опять рядышком защелкали винтовочные выстрелы. Хорьком петляя, рванул к дереву. Медитация еще держалась. На ходу, с одной руки, отстрелялся в сторону умника с винтовкой – попытался подавить его. Получилось, и я спокойно добежал до укрытия. Спрятался; потом выглянул.
Правый скит, тварьтакая, уже в полную каменную броню нарядился.
Убрался чуть в сторону. Согласно волевому приказу, Принц посёк пространство красной аналитической сеткой, повесил синюшные метки на ворона за укрытием. Я сдвинул их ниже, подрегулировав, и отправил умный снаряд.