— Надеюсь, что нет. Хотя, я совершенно не разбираюсь в этом, — задумчиво произнёс он, затем оторвал взгляд от синего одеяния и посмотрел на Сину: — Тебя уже ждут во дворе, дитя, поторопись.
Сина выскочила из дверей больничного крыла и опрометью кинулась на задний двор Академии, где обычно проходили занятия магов. Сейчас эта территория пустовала из-за каникул, и её отдали для тренировок носительницы Клинка.
Всё-таки для девушки полчаса на сборы очень мало, мельтешили в голове хаотические мысли. Не успела даже толком собраться, про завтрак вовсе пришлось забыть. Сина вбежала во двор, скороговоркой пробормотав извинения, и остановилась, как вкопанная, круглыми глазами смотря на своего нового наставника. Он развалился на лавке у входа, где обычно сидели инструкторы во время занятий, и с интересом изучал свои сапоги.
— Ты потратила моё время впустую, значит, отработаешь его вдвойне, — тихим рычащим голосом, от которого у Сины пробежались мурашки по спине, проговорил тот самый черноволосый верзила, так напугавший её в палате.
— А где Рэви? — с трудом сохраняя самообладание, спросила Сина.
Она до последнего думала, что инквизитор сам возьмётся за её обучение. Но у него, похоже, было иное мнение на этот счёт.
— Для тебя — мастер Рэви, — безразличным тоном, будто общался с пустым местом, поправил Туррон, по-прежнему игнорируя девушку, и перевёл заинтересованный взгляд на свои ногти. — Меня можешь называть мастером. Без имени. Оно тебе всё равно ни к чему.
— Да? — ей стало обидно от его тона. — Отчего же? Это элементарная вежливость…
— Хм, — он криво усмехнулся и, наконец, посмотрел на неё.
Лучше бы не смотрел. Сина оторопела, не в силах ни отвернуться, ни отвести взгляда. Чёрные глаза буравили, выворачивая душу наизнанку. Ладошки у неё мигом вспотели, по телу поскакали мурашки, а волосы попытались встать дыбом от ужаса. Сина узнала эти глаза. Ей на миг даже померещились знакомые красные огоньки в их глубине. Он медленно поднялся и приблизился к ней, нависнув над Синой огромной чёрной глыбой, от которой захотелось унести ноги подальше. Девушка едва дотягивала ему до груди, и Туррону пришлось наклониться к ней.
— Да потому что через пару дней я смахну твою пустую голову с плеч, — тихо произнёс он, — а если повезёт, то раньше. И, поверь, тебе будет наплевать, вежливо я это сделаю, или не очень. — Он выпрямился, по-прежнему насмешливо смотря ей в глаза, и будничным голосом закончил: — А пока наше маленькое представление не надоело зрителям, сделай, пожалуй, пару кругов по аренке… — окинул оценивающим взглядом немаленький двор и поправился, — пару десятков кругов.
Весь страх из Сины вмиг испарился. Внутренности сдавило от возмущения, в горле встал колючий ком, ей страстно захотелось заехать по этой наглой роже чем-нибудь тяжёлым. И одновременно она почувствовала, как в солнечном сплетении зародился жар и горячей волной отправился в путешествие по телу, ударил в голову, сделал ноги ватными и непослушными. Её затрясло, и Сина не могла сообразить, то ли это от злости, то ли от жара. С трудом проглотила ком и, опустив взгляд, прошептала:
— Как скажете… мастер.
«Шэх-Зу, что это с тобой?» — спросила девушка, двинувшись к дорожке.
«Что со мной?» — не понял Клинок.
«Почему ты так реагируешь на этого…» — Сина от злости не сразу нашлась, как обозвать своего нового наставника.
«Я?! — даже в голове тон Клинка был возмущённым. — Может, это ты так реагируешь? А что? Он довольно эффектен…»
«Не выдумывай, Шэх-Зу! Злость, раздражение, даже обида — это моё. А всё остальное от тебя исходит»
«Враньё! Вот и нет!»
«Вот и да!»
«Нет!» — продолжал упорствовать Шэх-Зу.
Сина прекратила этот бессмысленный спор, решив потолковать с Клинком во сне, где сможет видеть его бегающие глаза. Там и посмотрит, как он будет отнекиваться…
Она пробежала несколько кругов, пока не заболел бок, а дыхание из груди не стало вырываться неровными хрипами. А эта сволочь, по какому-то недоразумению похожая на человека, лениво улеглась на лавке и чуть ли не храпела! Впервые в жизни Сина испытала ненависть, настолько сильную и чистую, что сама испугалась. Но это добавило сил, и она пробежала ещё один полный круг. Странно, что Шэх-Зу сейчас вообще никак не реагировал на Туррона, предпочитая отмалчиваться. Хоть бы выругался что ли! Неужели не видит, каково ей?! Наконец, тело не выдержало этой пытки, и Сина остановилась, уперев руки в предательски дрожащие колени и со всхлипом вдыхая пыльный воздух. Как же хотелось пить…