Рэви был первым, кто смог рассмотреть в Шэх-Зу живую страдающую душу. Не потому ли и пощадить решил? Сина оказалась второй, но оставляла все свои ощущения на откуп того, что являлась его носительницей. Туррон же не был ни носителем, ни чрезмерно чутким к страданиям других существом, как серый инквизитор. Скорее, он бы действительно, представься такая возможность, перебил их, потому что так было вернее и проще всего. И всё же, он единственный встал сейчас на их сторону… Почему? Рэви попросил? Или есть ещё какая-то причина, о которой Сина не догадывается? Ситуация с наблюдателями представала перед ней в совершенно новом свете, она уже не была уверена в том, кто ей друг, а кто — враг. И есть ли у неё вообще друзья сейчас? Как ни парадоксально, но по-настоящему близким существом для неё на данный момент оставался один Шэх-Зу, которого она теперь просто не имела права отдавать им.
Девушка глубоко вздохнула и придвинулась к нему вплотную, прижавшись к тёплому боку.
— Никуда я не уйду, — отрезала она, смотря на озеро, — мы теперь вместе. Ты моё оружие. Я твоя носительница. — И, подумав, с флегматичным видом добавила: — Вряд ли в Хранилище принимают «возвраты», как думаешь?
— Такие точно нет, — насмешливо стрекотнул он, покосившись на девушку.
Всё, нет у них больше пути обратно. Если Рэви и желал без вреда для обоих извлечь меч, то остальных его соплеменников, насколько успела понять Сина, судьба и мнение самого Шэх-Зу не волнуют. Для них он был опасным оружием, которое нужно обезвредить, пока не попало к врагу. И, даже если вытащить меч, после изъятия они просто убьют его. Поэтому единственной возможностью спасти Шэх-Зу оставалось принятие простой данности. Девушка мысленно попрощалась с окончательно скрывшейся под водой озера прежней жизнью, и, отыскав пальцами его ладонь, пожала. Как там учитель говорил? Она носитель Клинка Падшего? Да, так и есть. До конца.
ГЛАВА VIII. Тзар
Часть 1. Разминка Старейшины
Раннее утро в Свирене дышало прохладой и свежестью. С реки тянул лёгкий туман, мягко обволакивая пришвартованные лодки, прячась под мостками причала от набирающих силу солнечных лучей. Чёрный дракон размером с голубя пронёсся над главной площадью города и скрылся в окне второго этажа ратуши.
Зира вошла в мастерскую и почувствовала приятный запах, витавший в комнате. Женщина окинула помещение удивлённым взглядом и увидела на подоконнике букет роскошных белых цветов. От них исходил свежий и терпкий запах, настолько манящий, что дышать им хотелось не переставая.
— Ну, уж нет, — усмехнувшись, женщина подошла к окну и открыла запечатанные створки, впустив в мастерскую свежий воздух, — так легко ты не отделаешься…
И огромный букет отправился в недолгий полёт к земле. Цветов было жаль, особенно, когда разбились бутоны, рассыпав в траве сочные, отливающие перламутром лепестки. Женщина печально вздохнула, обидевшись на Тэру ещё и за это, и подошла к столу.
— Доброе утро, — раздался за спиной тихий приветливый голос.
Зира вздрогнула и обернулась. В проёме стоял Рейнар, задумчиво смотря на неё. Женщина облегчённо выдохнула и улыбнулась ему.
— Простите, Зира, не хотел вас пугать, — виноватая улыбка скользнула по губам эльфа, и он с вопросом в глазах перешагнул порог. — Не помешаю?
— Что вы, нисколько! — поторопилась заверить Зира, одарив его обворожительной улыбкой.
А сама с неудовольствием поняла, что ночная стычка всё же оставила неприятный осадок в сердце, почему-то отразившийся и на её способностях. Странно, ведь раньше злость не мешала ей видеть и контролировать окружение. Во всяком случае, в последние дни Туррон злил её с завидной регулярностью, но никакого влияния этого Зира на себе не чувствовала. Что же сейчас изменилось?
— Я к вам с просьбой, — сказал Рейнар, чем отвлёк вновь задумавшуюся женщину от невесёлых мыслей. Она вопросительно посмотрела на эльфа. — Эм-м… моя ученица, — начал объяснять маг, с трудом подыскивая слова, не в силах оторвать взгляда от синих омутов.
— Да? Что с ней? — улыбнулась Зира, чем ввела его в окончательный ступор.
Рейнар призвал всю свою выдержку и продолжил:
— Алира очень одарённая девушка. Это отметил и Рэви, когда они посещали Хранилище…