— Садись, — Туррон кивнул на расстеленный в центре комнаты коврик, — колени на полотно, зад на пятки, спина прямая. Так и замри.
Сина послушно опустилась на ковёр и расправила плечи. Дальнейших указаний не последовало, и от нечего делать она краем глаза следила за учителем. Но он, будто специально, отошёл ей за спину, и вертеть головой девушка не рискнула, лишь слышала позади тихие шаги и шорох. Непривычная поза спустя несколько минут неподвижного сидения показалась Сине совершенно неудобной. Ещё через десять минут у неё мучительно заныли колени. Девушка, сцепив зубы, пыталась держаться, но с каждой минутой, ожидание превращалось в настоящую пытку, особенно для её многострадальных ног. Пятки она уже не чувствовала, они занемели, потому что девушка боялась лишний раз пошевелиться.
— Как себя чувствуешь? — раздался над головой насмешливый голос.
Он встал над Синой, глядя на неё сверху вниз, уже без плаща и оружия.
«И правда, как великан на букашку смотрит…» — пришла в голову девушки непрошеная мысль.
— Чувствую, — буркнула в ответ Сина и, задрав голову, посмотрела на теряющегося в темноте мастера. — Так понимаю, сегодня я буду учиться сидеть? — попыталась сострить она.
Глупо было надеяться, что он поменяет своё отношение к ней после вчерашнего разговора. Очень глупо. Вновь раздался его тихий насмешливый рокот.
— Ты забавная, — голос Туррона как будто прозвучал одобрительно.
— Это хорошо?
— Да, — кивнул он. — Смех помогает преодолеть страх, а мне пока не нужно, чтобы ты боялась.
— Что? Всему своё время? — криво усмехнувшись, поинтересовалась она, чувствуя, как ужас сковывает тело.
— Да, — просто ответил мастер.
Он опустился на корточки рядом с замершей девушкой, внимательно наблюдая за ней. По телу Сины пробежала мелкая дрожь, исходящая от правой руки и перешедшая в острые покалывания. Она сжала пальцы в кулак, пытаясь унять боль
«Шэх-Зу! Перестань! — взмолилась девушка. — Мне больно!»
«Я не могу! — паника в голосе меча стала для Сины настоящим откровением. — Он что-то делает, и я не могу понять, что!»
— Первое проникновение в тзар требует большой концентрации… на боли, — начал тихо объяснять наставник. — Постепенно я буду снимать эти ощущения, чтобы ты смогла погрузиться в нужное состояние. И для этого мне придётся тебя немного… потрогать. Если тебе будет легче, то можешь закрыть глаза, — предложил Туррон, рассматривая напряжённое лицо девушки.
Она молча покачала головой и подняла на него прямой взгляд. И что всё это значит? Пытался сообразить мозг, заметавшийся в черепушке, словно загнанный зверёк. Что-то раньше наставник не сильно с ней церемонился и разрешения на «похватать и потаскать против воли» особенно не спрашивал.
— Готова? — прорычал он.
«Нет!» — отчаянно вопило всё существо Сины.
— Да, — еле слышно выдохнула она.
Он медленно наклонил голову, одобрив её ответ, и опустился на колени позади трепетавшей Сины, отчаянно пытавшейся сосредоточиться на гудящих коленках. Но острые когти, тронувшие шею, пока убирали в сторону волосы, отвлекли на себя всё внимание.
— Если допустишь в себя страх, ничего не выйдет, — повторил он, положив тяжёлую ладонь ей на голову.
— Я понимаю, — прошептала Сина, пытаясь успокоиться, но его опасная близость и дальнейшие действия совсем этому не способствовали.
Боль в руке усилилась, огнём прокатываясь по телу. Сина прикусила губу, подавив стон.
«Я пока оставлю тебя, малышка, — раздался в голове растерянный голос Шэх-Зу, — надо разобраться…»
Меч исчез, оставив её наедине с пульсирующим огнём браслетом и наставником. Сина почувствовала, как его ладонь скользнула ей под левую руку и накрыла солнечное сплетение, поглаживая твёрдыми пальцами. Желудок сразу же закарабкался наверх, жалобно заурчав, словно предчувствуя, что хорошо ему сейчас точно не будет. Девушка зажмурилась и с немалым облегчением отвлеклась на свою правую кисть, пытаясь полностью сконцентрироваться на усиливающейся боли. Колючий огонь растекался по телу, застревая жгучими очагами в стыках костей, позвоночнике и раскалывающейся на части голове. Девушку мутило и хотелось только одного, чтобы эта пытка, наконец, закончилась.
Сину ощутимо шатало, и Туррон осторожно нащупал подушечками пальцев нужную точку у неё на животе. Она вздрогнула и распахнула глаза, с удивлением посмотрев на его руку, будто только что увидела. Синие глаза вновь заволокло пеленой боли, и Старейшина положил указательный и средний пальцы на первый позвонок основания шеи. Аккуратно ощупал и надавил сначала подушечками, затем провёл по бокам хрупкой косточки острыми когтями. Девушка глубоко вздохнула, не открывая глаз, и вновь замерла.