— После своего первого проникновения в тзар я не мог подняться два дня, — ответил наставник, даже глаз не открыв. — Это плата. Со временем опыта станет больше, и сможешь увеличить пребывание там без последствий.
— Я что, снова в палату вернусь? — уныло спросила Сина, зажмурившись от досады.
Неужели придётся ещё несколько дней в постели проваляться? Уж лучше бы она сегодня по развороченным стенам лазила…
— Нет, — ответил он, — ты провела там не так много времени. Отоспишься, и за пару часов всё пройдёт.
— А с вами что? — рискнула спросить Сина. — Тоже тзар?
— Мне пришлось держать тебя, — сухо сказал наставник, — или, думаешь, ты сама нашла путь?
— Нет, — едва слышно ответила девушка, — не думаю.
Ей было невыносимо стыдно. А ведь всё так замечательно начиналось. Шэх-Зу наконец-то допустил её к источнику магии, и девушка, совершенно потеряв голову от восторга, напрочь забыла, где находится. Но вскоре озеро исчезло, а Сину вернуло в ослабевшее тело.
Хотя, пробуждение оказалось довольно приятным. Ей было так тепло и хорошо… И Сина даже не сразу сообразила, что «кроватка» под ней шевелится и дышит. Несколько минут девушка пыталась понять, почему это происходит, затем догадалась приоткрыть глаза. И с трудом подавила стон разочарования, увидев прямо перед носом знакомый гладкий материал с металлическим блеском. Она лежала на широченной мускулистой груди, как на огромной горячей доске. Жар, исходящий от него, перебрался в неё, заставив тело запылать. Лицо Сины загорелось, и девушка невольно порадовалась, что в комнате темно и не видно, насколько же пунцовая она сейчас.
Но самое ужасное, что она не могла пошевелиться. Это была даже не слабость, а какая-то расслабленность. Все её члены просто отказывались подчиняться, оставаясь безвольными отростками. Настолько слабыми, что даже мысль о движении не вызывала в них ничего, кроме коротенькой едва заметной дрожи, показывающей, что отнялись они не окончательно. И то радость…
Туррон зашевелился, приподнимаясь. Подхватил пискнувшую Сину под бёдра, прижав её к груди, и поднялся на ноги. Она зажмурилась, увидев, как отдалился пол, а перед глазами заплясала комната. Девушке стало дурно.
Наставник прижал Сину к боку одной рукой, благо, девчонка маленькая, много места не заняла. Сил у неё, похоже, даже на возмущения не осталось, не то что на сопротивление. И бросать её одну в городе… Нет уж.
У Туррона было чувство, что к нему в руки попало небывалое сокровище. И, естественно, сейчас ему совсем не хотелось с ней расставаться. Теперь она всё время будет под его присмотром и постоянной охраной. Если за ней прислали ещё кого-то из Города, нельзя допустить, чтобы убийца добрался до неё. Всему своё время, и сначала меч сменит хозяина. А дальше… Только один удар будет отделять его от трона вождя. Удар по шее Маренги.
Но сначала нужно разобраться со старым врагом. Туррон подошёл к столу, где были сложены его вещи и, набросив тяжёлую накидку на плечи, укрыл девицу, забрал пояс с оружием, затем покинул комнату и направился к парку.
Сина, изредка открывая глаза, чувствовала себя совсем маленькой. И, как в детстве, её вновь кто-то нёс на плече, как когда-то отец приносил домой с ярмарок уставшую дочку. Она глубоко вздохнула и прикрыла глаза. Безумно хотелось спать, а размеренный шаг наставника окончательно утягивал в объятия сна, и девушка, даже не пытаясь сопротивляться, так на ходу и уснула, не дождавшись окончания дороги.
Алира миновала длинный коридор и вошла в комнату. Прошла к небольшому круглому столу под окном и поставила на него графин, наполненный густой янтарной жидкостью. Сюда перетащили две софы, на одной до сих пор приходил в себя Тэру. Зира практически не отходила от него, периодически растирая ему лоб и виски каким-то бальзамом. Девушку она посылала в свою мастерскую за различными снадобьями. Впрочем, потомственная дворянка и родственница королевы не возражала.
На другой софе лениво развалился Ро-Гран в человеческой ипостаси. Ребро Кирин-Рат ему подлатал, так что можно было уже уходить, но воин терпеливо дожидался командира, который только начал подавать признаки жизни.
— Как ты? — озабоченно спросила Зира, заглядывая в мутные тёмные глаза.
Он, увидев её, слабо улыбнулся, а от его взгляда по телу женщины пробежала волна тепла. Зира почувствовала, что краснеет, сначала от стыда, затем от гнева, и поспешно отстранилась, повернувшись к ожидающей дальнейших указаний Алире.