Ранним утром из Леса вышел высокий желтоглазый незнакомец, на вид вроде бы человек, но уж очень странный… Местные рыбаки, встречавшие его, провожали чужака удивлёнными взглядами, кто-то даже решился подойти поинтересоваться, кто таков. Завязался разговор. Незнакомец попросил перевезти его на другой берег, к городу. И по манере общения, и по спокойному поведению никто не заподозрил в нём ничего недоброго, поэтому рыбаки согласились помочь.
Нос лодки ткнулся в песчаный берег и стоявший на её носу Ларга спрыгнул на песок.
— Спасибо, добрый человек, — поблагодарил покоритель молодого перевозчика.
— Спасибо в карман не положишь, добрый господин, — в тон ему ответил паренёк.
Ларга усмехнулся и, порывшись в карманах, бросил мальчишке небольшой прозрачный камешек. Тот ловко поймал и даже присвистнул от удивления, рассмотрев неожиданную награду.
— Разменяешь на что-нибудь, — бросил ему странный чужак уже через плечо.
Парень проводил его потрясённым взглядом, затем принялся прятать полученное сокровище подальше от посторонних глаз.
Трактир в городе был один, поэтому в названии не нуждался, ведь практически все дорожки в маленьком Бродене вели в это заведение. Ларга прошёл по главной улице, не замощенной и грязной, под сапогами при каждом шаге омерзительно чавкало. Сваи домов почернели от воды и грязи. Тяжёлый запах перепревшего дерева, смолы и рыбьей требухи буквально впитался в эти стены и землю. И, чтобы хоть как-то отбивать царившую здесь вонь, жители всячески исхитрялись: сжигали в домах сухие пахучие травы, наглухо закрывали ставни и двери, высушивали большими кострами воздух на улицах. Трава и поленья дымили, распространяя удушливый аромат с горькой примесью горящей смолы, но положения это всё равно не спасало. Постоянный промысел рыбы и высокая влажность с регулярными подтоплениями делали Бродень не самым приветливым местом в Ясаре. Не самым приветливым, но одним из самых вонючих, с неудовольствием подумал Ларга, закрыв рукавом нос. Ему подобные места не нравились ещё и потому, что царившая вокруг вода притупляла его силы.
Он пересёк маленькую и такую же слякотную площадь и вошёл в душное помещение, где царили уже иные запахи — готовящейся еды и пары дюжин немытых и пьяных тел. По прошествии некоторого времени Ларге и отсюда захочется сбежать, поэтому тянуть дольше он не стал и направился прямиком к столу в самом тёмном углу просторного зала.
В углу, вжавшись в стену, словно пытался с ней слиться, сидел растрёпанный парень. Он держал дрожащими руками полупустую кружку с каким-то пойлом и что-то бормотал себе под нос. Копна нечёсаных засаленных волос спадала на лицо, закрывая карие глаза и заросшую щетиной физиономию.
Ларга приблизился к столу и опустился напротив человека. К ним подлетела одна из служанок.
— Горячего молока с мёдом принеси, красавица, — улыбнулся девушке Ларга, выложив на стол небольшой прозрачный камень. — А моему другу кувшин кваса.
Глаза девицы изумлённо расширились, когда рассмотрела плату, она окинула странных посетителей недоверчивым взглядом, уж больно они не походили на состоятельных людей, а желтоглазый и вовсе не человек. Она кивнула, забрала драгоценный камень и поспешила на кухню. Ларга повернулся к молодому человеку, который только сейчас оторвался от созерцания своей кружки и поднял на него неприязненный взгляд.
— Здравствуй, Реон, — улыбнулся ему Ларга.
Реон, которого в нынешнем состоянии было бы трудно узнать даже кому-то из близких, настороженно оглядел странного незнакомца. Его взгляд скользнул по бледному лицу с кошачьими жёлтыми глазами, мерцавшими в темноте помещения звериными огоньками, по длинным русым косам, спадающим на спину и широкие плечи, по странному доспеху, словно обтекающему сильную подвижную фигуру.
— А, ты один из этих, — скривился Реон, попытавшись отвернуться от собеседника, но при этом едва не свалился под стол. — Если тебя за мной послали, то я не вернусь, — отрезал он, стараясь говорить чётко, но язык никак не желал слушаться, и норовил вывернуться не в ту сторону.
Тем не менее, наблюдатель его понял. Задумчиво хмыкнул и тихо произнёс:
— Ты прав в том, кто я, мальчик, но ошибаешься в остальном. Я не один «из тех»…
К ним вновь подошла служанка с подносом в руках. Поставила перед Ларгой кружку горячего молока, блюдце с душистым мёдом и маленькой деревянной ложкой, и запотевший кувшин кваса. Наблюдатель поблагодарил, его одарили приветливой улыбкой, и их вновь оставили одних.
Реон хмуро смотрел на невозмутимого воина, не понимая, чего от него ждать. Реон уплыл из Свиреня с твёрдым намерением больше никогда не возвращаться туда. Никому о своём намерении он не сообщил, родителям наврал какой-то чепухи о срочном отъезде по приказу их командора. Его не могли выследить.