Накануне превращения Сина убедила наставника отпустить её в город повидаться с родителями. Вечером, когда они с Алирой шли по аллее парка к городу, наперерез им из густых зарослей папоротника выскочил человек.
— Сина! Алира!
Опознать его девушкам удалось только по голосу. Обе остановились, круглыми глазами смотря на грязного и воняющего протухшей рыбой Реона. О недельном отсутствии неудавшегося беглеца они ничего не знали, поэтому его потрёпанный вид их удивил.
А для самого Реона обратный путь в столицу занял больше времени, чем он планировал. Денег на лодку, как и на лошадь у него не было, поэтому пришлось наняться в команду какого-то торговца, плывшего в столицу. Но так как других вариантов не было, пришлось Реону ждать, пока трюм не будет нагружен рыбой, только после этого капитан дал приказ на отплытие.
— Какое счастье, что я вас нашёл! Сина… — он шагнул к ним, но девушки дружно отступили.
— Не подходи, Реон! — приказала Алира, предупреждающе глядя на молодого человека.
Парень остановился, обиженно посмотрев на неё, и перевёл умоляющий взгляд на Сину.
— Сина, прошу, прости меня. Я всё осознал, клянусь! Я был полным дураком, когда обвинил тебя в том, что произошло в Хранилище. Сина… пожалуйста. Дай мне шанс, ради нашей прежней дружбы…
— Ты верно заметил, — не спуская с него напряжённого взгляда, сказала Сина, — «прежней». Зачем ты пришёл?
«Мне это не нравится, — не замедлил поделиться своим мнением Шэх-Зу. — С ним что-то нечисто. Будь осторожна»
— Я должен тебе рассказать что-то, — тихо произнёс Реон, он с заметным страхом огляделся, словно опасался, что в кустах таятся шпионы, и уже более твёрдым голосом продолжил: — Прошу, удели мне всего пару минут!
— Хорошо, говори, — кивнула девушка.
— Не здесь, — поспешно сказал он, взгляд юноши стал отчаянным, если она не захочет его выслушать, всё будет напрасно. — Слишком опасно…
Сина задумчиво смотрела в умоляющие карие глаза. Что бы она ни отдала ещё пару месяцев назад, чтобы он хоть раз посмотрел на неё так, как сейчас: с заботой и радостью от встречи. И вот он смотрит, а она совершенно ничего не испытывает к нему. Ни любви, ни обиды, ни злости. Только нарастающее раздражение, по большей части принадлежащее Шэх-Зу.
— Хорошо, — приняла она решение, — приходи ко мне домой вечером. Сегодня я у родителей останусь.
— Но сначала вымойся, — не преминула вставить Алира, брезгливо сморщив нос. — Бог мой, с тобой рядом ещё никто не помер от этих ароматов, Реон?!
— Простите, — смутился Реон, отступив на пару шагов, — я только с корабля, ещё дома не был, не успел привести себя в порядок… Так я приду, Сина? — посмотрел он на девушку. — Сегодня?
— Если есть что сказать мне, приходи, — равнодушно пожала она плечами.
— Тогда сегодня, — бледно улыбнулся он. — Спасибо. И… прости меня, Син.
Реон отвернулся и поспешно зашагал прочь.
— Думаешь, стоило его приглашать? — осторожно спросила Алира, красноречиво посмотрев на подругу. — Что-то с ним странное творится…
«Вот! Даже она это заметила!»
— Не знаю, — ответила Сина, проигнорировав вопль Шэх-Зу, и направилась дальше, — посмотрим, что скажет. Выглядел он взволнованным, может, случилось что-то, помощь нужна.
— Опять оправдываться будет, — фыркнула Алира, но спорить не стала.
Вечер в кругу семьи успокоил и развеселил, развеяв неприятный осадок от встречи с Реоном. Но ближе к ночи в дверь дома постучали, и Сина пошла открывать.
Реон послушался Алиру и после их встречи отправился домой приводить себя в подобающий вид. И сейчас выглядел малость потрёпанным и похудевшим, с лихорадочно блестевшими глазами, но чистым, и рыбьими потрохами от него уже не смердело. Сина пропустила его в прихожую, заперла дверь и провела Реона в свою комнату, где их дожидалась Алира. Парень всё это время молчал, только смотрел на Сину глазами побитой собаки, отчего у неё неприятно свербело в груди и просыпалась жалость, заставляющая Шэх-Зу испытывать к ней и Реону сильное чувство брезгливости. Букет из эмоций получился специфический, и изрядно давил на девушку, понижая и без того упадочное настроение. Меч же не скрывал своей неприязни к Реону, не преминув высказать на его счёт Сине:
«Он тебя недостоин, как ты могла влюбиться в такое дерьмо?!»
«Шэх-Зу! Помолчи, пожалуйста!» — Сина почувствовала, как щёки заливает краска гнева.
«Он размазня и слабак, — словно не услышав её, продолжил меч, — это даже твоей недалёкой подружке понятно!»
Сина проигнорировала его злопыхания. Она расположилась за столом напротив Реона. А сам Реон никак не мог определить, какое положение рук его устроит, то клал их на стол, то убирал. Так всегда бывало, когда у него на уме было что-то действительно важное, чем он хотел поделиться с близкими подругами. Это воспоминание всплыло, словно отголосок из прежней жизни, сейчас далёкой и чужой.