А сейчас у отца может появиться такой союзник, рядом с которым демоны — не больше, чем невинные детёныши. Оголодавшая и озверевшая за тысячелетия плена тварь, укротить которую не смогли ни сильнейший инквизитор Белого Города, ни его же сильнейший воин. Тэру хотел поддержать отца в стремлении отнять клан у Маренги. Но не такой ценой.
И даже если он выйдет против отца и Клинка со своим немногочисленным отрядом, каковы шансы на победу? Меньше, чем мизерные. Никакие. Тэру привык трезво оценивать имеющиеся у него перспективы, либо их отсутствие, но в данной ситуации он даже не мог быть уверен, что не останется в одиночестве. Он явился сюда, как командир отряда, но по факту сейчас ими всеми командовал Туррон. Пойдёт ли отряд за ним, Тэру понятия не имел. И выяснить это сейчас было проблематично. Каждому из них он мог доверить собственную жизнь, но не информацию.
— Вы так вздыхаете, — услышал он тихий голос девушки, — случилось что-то?
Тэру удивлённо покосился на неё и сообразил, что дал своим чувствам слишком много воли в присутствии человека. Она вопросительно смотрела на него своими тёмно-синими глазищами, такая маленькая, хрупкая и донельзя серьёзная. И как это открытое доброе существо смогло ужиться с такой злобной тварью, как меч падшего? Вопрос был скорее риторическим, поэтому Тэру не стал его озвучивать, только сказал:
— Случится. Скоро.
— Когда дойдём? — уточнила Сина.
— Именно.
— А что будет потом? — осторожно спросила девушка.
Тэру помолчал некоторое время, обдумывая ответ, и сказал:
— Я не знаю. И, что бы тебе ни говорили, в чём бы ни убеждали Зира с отцом, они тоже этого не знают, — зло отчеканил он.
— А Рэви?..
— Что «Рэви»? — рыкнул он, окинув её злым взглядом, от которого у девушки коленки едва не подогнулись. — Ты его здесь видишь? И я нет. Клинок выпил его силы, высушил. И теперь Рэви сюда не явится, его просто не выпустят из Города. Но все решили почему-то, что с тобой Шэх-Зу не поступит так. Хотя я не вижу причин, почему нет? — спросил он, криво усмехнувшись.
Сина опустила взгляд, ругая себя за излишнюю сердечность. Тэру явно не относится к тем, кому нужно сопереживать, и в поддержке определённо не нуждался. Вот кто её вечно за язык дёргает?
— Ты добрая девочка, Сина, — прервал молчание Тэру спустя пару минут. — И во всех стараешься видеть только хорошее. Даже в тех, кто этого не заслуживает. Думаешь, твоя доброта изменит его. Но так не бывает, пойми! Зло есть во всех, в ком-то больше, в ком-то меньше — это правда. Но пытаться помогать его воплощению! Скажи мне честно, сама ты на что рассчитываешь?
Сина подняла на него глаза и, увидев прямой немигающий взгляд, вновь опустила. Ответа на его вопрос она не знала. Тэру нервно фыркнул и прекратил допрос. Они уже подошли к знакомому особняку. Воин открыл перед ней ворота и кивнул внутрь:
— Заходи.
Сина, не чувствуя под собой ног, вошла, удивлённо осматриваясь по сторонам. Двор расчистили от ставших за эти дни привычными тренажёров и лавок. Все наблюдатели были здесь, в своих доспехах и масках, вооружённые и молчаливые. Туррон и Зира о чём-то тихо переговаривались в стороне от остальных, и женщина была явно раздражена, синие глаза сердито сверкали, голос срывался на приглушённое шипение, белые жвалки мелко подрагивали. Туррон же был само спокойствие.
Похоже, дожидались здесь только её и Тэру, поняла девушка, подходя к наставнику.
— Ну что, готова? — пророкотал Туррон, окинув её оценивающим взглядом, так и говорившим: «даже если нет, куда же ты теперь отсюда денешься?»
У Сины заболело сердце и перехватило дыхание. Страх, что всё пойдёт не так, как она надеялась, быстро перерос в уверенность. Девушка оглянулась на Тэру, он тоже превратился и нацепил свою маску, так что выражения его глаз за тёмными линзами она не видела, но цепкий настороженный взгляд чувствовала.
«Я надеюсь, хотя бы ты знаешь, что делаешь» — пронеслась в голове мысль, не принадлежавшая ни ей, ни Шэх-Зу.
Меч вовсе пропал, скрывшись в подсознании на таких глубинах, до которых Сина не могла дотянуться. И звать его, подозревала она, было бесполезно. Шэх-Зу готовился к их соединению своими методами, в которые её предпочёл не посвящать. К ней приблизилась Зира, заглядывая в глаза, в ней Сина чувствовала участие и поддержку, это немного приободрило.