Нам понадобилось не меньше часа, чтобы найти подходящее убежище. Развалившаяся хибара стояла в тупике. Два верхних этажа давно обрушились, от нижнего осталась лишь одна целая стена и половина второй, открытая всем стихиям. Но внутри мы обнаружили столько обломков, что из них вполне можно было соорудить крепость. Оттуда хорошо просматривалась улица и было два пути к отступлению. Вопреки моим ожиданиям, девочка не стала жаловаться на непростые условия. Оглядела хибару и вошла внутрь. Я еще раз обогнул строение, чтобы убедиться, что мы не забрались в чужие владения, а потом устроился рядом с ней, массируя ногу. Рана, полученная от стрелы констебля, почти затянулась, но из-за нескольких недель, проведенных в пути, конечность часто затекала. Теперь у меня было время дать необходимый отдых ноге, хотя я понимал, что придется пойти на поиски воды и пропитания, чтобы хоть как-то протянуть до конца недели.
– Они идут, – тихо сказала Алина.
– Никто не идет.
Я был уверен, что за нами никто не следил; кроме того, я предпринял дополнительные меры: мы сделали пару лишних кругов по городу, прежде чем пришли в квартал Красных кирпичей. А если кто-то и проследил за нами, то откуда им знать, где мы теперь. В таком большом городе прислужники Шивалля практически не имели шансов столкнуться с нами случайно.
– Я их слышу.
– Это, наверное, крысы, – сказал я и вдруг понял, что не стоит напоминать девчонке о том, что в укрытии могут находиться и другие жители.
– Нет, не крысы, а люди.
Я прислушался. Слух у меня не идеальный, но и не самый плохой.
– В Красных кирпичах живет много людей. Поверь мне, они и сами не хотят с нами связываться, – возразил я. А затем услышал звон металла. Так позвякивает дорогой щит, притороченный к бедру воина, когда трется о клинок.
– Черт!
Я выглянул из-за угла и увидел, что к нам приближаются четыре пары людей, осматривающих каждый дом с обеих сторон. Вот тебе и пути к отступлению.
Я постарался сообразить, как выбраться отсюда без боя, но ничего не приходило в голову. Очевидно, они знали, что тот, кого они ищут, прячется в здании поблизости, и если бы я даже попытался разобраться с одной парой, то девчонка вряд ли смогла бы убежать от остальных. У них не было ни пистолей, ни луков – лишь клинки и дубинки. Громилы. Крепкие, туповатые молодчики, которые издеваются над слабыми и убивают за деньги, а иногда и просто ради веселья. Я выругался. Любого из них я бы легко одолел, даже двух, но с шестью сразу мне не справиться. Мой план спрятаться там, откуда будет легко убежать, только что превратился в ловушку. Громилы обычно не отличаются отменной тактикой, а эта банда умом явно не блистала и засаду устраивать не собиралась. Для подобного нужен такой парень, как я.
– Нам нужно бежать, – решила Алина.
– Ты быстро бегаешь?
– Достаточно быстро, чтобы добраться до переулка – если получится прорваться через этих двоих, идущих сбоку.
– Не сработает, это ловушка. В конце переулка тупик, да и вообще он очень узкий. Мы не сможем отделаться от остальных, если они побегут за нами.
– Зато они тоже не смогут окружить нас.
Я задумался об этом и восхитился девочкой, что все еще кашляла от дыма пожарища, в котором едва не погибла, но изо всех сил боролась за жизнь. Она уже сообразила, что просто сбежать не получится. Придется драться, и у меня будет больше шансов, если противники станут подходить по одному или по двое, не имея возможности окружить.
– Ладно, – сказал я, вытаскивая из-за пазухи ножны с маленькими метательными ножами. Их было шесть, каждый не больше четырех дюймов в длину, с утяжеленным клинком. Такой не метнешь слишком далеко, но в подобной ситуации они сгодятся. – Как только прорвемся через этих двоих в конце улицы, беги сразу к тупику. Я хочу, чтобы ты держалась позади меня и не подходила ближе чем на четыре шага. Поняла? Четыре шага.
Алина с испугом посмотрела на меня, окончательно сообразив, что выбираться нам придется с боем.
Я показал ей ножны.
– Каждый раз, как я скажу «нож», будешь подавать мне один из них. Плашмя, тупым концом ко мне. Поняла?
Она протянула руку за ножами, и я услышал шелест шагов совсем неподалеку от нас. Сейчас подойдут двое и обнаружат нас – поможем им. Я жестом приказал девочке приготовиться, затем достал рапиру и выпрыгнул из укрытия.
Как я и ожидал, их было двое: они стояли совсем близко, оба высокие и крепкие, с дубинками наготове. Остальные пары остановились у выходов. Я хотел убрать этих двоих сразу же, но это отняло бы время, а я не мог позволить себе такую роскошь. Я взмахнул рапирой, описав широкую дугу, так быстро, как только смог, и они тут же отскочили.