– Фалькио, еда остынет! – Голос Алины вырвал меня из дремоты.
– Сколько?.. – настороженно спросил я.
– Почти час. Я подумала, что лучше дать вам поспать. Вы так удобно устроились и больше не собирались убивать любого, кто следующим войдет в дверь. В какой-то миг я даже перестала вас узнавать.
– Очень смешно.
– Хватить разговаривать, – сказала Лета. – Ешьте.
Я ожидал увидеть обычную похлебку, но передо мной стояла пища, не привычная для бедняков. Жареный картофель, зелень, свежий хлеб, масло цвета янтаря, которое так любят в Рижу. Соус и соль. И, наконец, Лета водрузила на стол жареную утку. Я почувствовал запах утиного жира и чуть не разодрал птицу голыми руками.
– Святые угодники, – рассмеялся Раджер, – да вы, похоже, готовы в одиночку расправиться с мясом, которое приготовила Лета! Давайте выпьем. – Он вытащил из буфета стакан и налил в него желтоватый напиток.
Я взял стакан – мужчина смотрел на меня с таким ожиданием, что я даже заколебался.
Лета заметила это и отложила нож, которым разделывала утку.
– За любовь предков! – Она взяла второй стакан, наполнила его из той же бутыли и отпила. – Видите? Я не умерла. Это просто лимонный сок, настоянный на корне цина, бодрящий напиток.
– Тогда за ваше здоровье! – сказал я, выдохнул и с благодарностью выпил.
– Хорошо, хватит глупостей, – твердо сказала Лета. – Давайте поедим.
Пока она раскладывала еду по тарелкам, я понял, что корень цина помог мне проснуться. Святые угодники, руки мои совсем затекли – на самом деле все тело затекло. И я старался не думать, что произойдет потом, когда я уйду из дома аптекаря.
– Маттея скоро вернется? – спросила Алина с набитым ртом.
– Наверное, через несколько часов, – ответила Лета.
Я почти не слушал разговора, очарованный жареной уткой на тарелке.
– Очень вкусно, – похвалил я.
Алина кивнула, улыбаясь, по подбородку ее тек утиный жир. Она не слишком походила на девушку из благородной семьи, но уже и не была тем отчаявшимся существом, готовым расстаться с жизнью. Святой Кавейл, чего стоит мой клинок, если он несет так мало добра этому миру?
– Рада, что мы нашли вас, – сказала Лета. – Искали-искали, а потом раз – и вы прямо перед …
– Лета, – прервал ее Раджер. – Не стоит вспоминать об этом. Нам несказанно повезло, а если повезет еще немного, то мы сможем как следует позаботиться об Алине.
– Жизнь научила меня не полагаться на удачу, – возразил я, насадив картошку на вилку, но тут же выронил ее из руки. – Прошу прощения.
Затекшим мыщцам и суставам еда и питье отчего-то не помогли. Совсем. Я снова посмотрел на Раджера с женой.
– Так где же Маттея?
– Как мы и сказали, ищет Алину вместе с остальными.
Лета начала убирать со стола пустые тарелки. Вы бы даже не успели намазать масло на хлеб, а мы уже практически уничтожили всё обильное угощение.
– А вы до сих пор не сообщили своим друзьям, что нашли нас?
– Ну их… их же здесь нет. Некому говорить пока. Никто не думал, что мы вас так быстро найдем.
– Но нашли.
– Удача, дарованная святыми, – с благочестивым видом сказал Раджер.
Алина смотрела то на меня, то на него, не понимая, о чем мы.
– Такой вкусной еды я давненько не пробовал, – сказал я, кладя ладони на столешницу. Я чувствовал слабость в руках, но они не дрожали, зато затекли, побаливали и почти не слушались. Все остальные, включая Лету, выглядели нормально, женщина снова села за стол справа от меня. Алина сидела слева, Раджер напротив.
– Рада, что вы наконец-то как следует поели, – сказала хозяйка, улыбаясь. Нервничает, до сих пор нервничает.
Она знает, но не уверена, сколько мне осталось.
– Накормили на пиру – может, скоро я помру, – весело пропел я.
Алина хихикнула, услышав старинную детскую песенку, но остальные молчали.
– Осталась лишь одна проблема, – сказал я с улыбкой.
– Какая? – спросила Лета.
– Хочется сладкого.