Ворот рубашки я ослабила, уже развалившись на огромном мягком ложе. Хотелось поесть и помыться, но для выполнения этих желаний мне надо было дождаться служанки, чего сделать не смогла, как ни старалась – через пару минут я уже крепко спала.
Утром меня разбудил голос нянюшки:
– Вставать пора, внученька. Вставай, деточка. Полдень уже прошёл, обед скоро…
Как обед?!! Я, не успев продрать глаза, в ужасе подскочила на кровати: меня же сегодня папа обещал взять с собой в казарму! А я проспала!!!
– Тише, тише, внученька. Что ж ты так пугаешься? – сказал негромкий, мягкий и ласковый голос где-то совсем рядом. Незнакомый, вдруг поняла я. Да, похожий и приятный, но не…
– Нянюшка?..
Непосильным трудом распахнутые глаза уставились в потолок, не желая ничего больше видеть. Обладатель незнакомого голоса приблизился, но угрозы я не почувствовала.
– Меня так многие называют, деточка. Уважь и ты старушку Шиннору…
– Какая же вы старушка?.. – облегчённо рассмеялась я, вспомнив, где нахожусь и как тут оказалась. – А кто ваши воспитанники?
– Раньше – Велтар, а теперь сорванцы его… Да вот ты ещё, – кивнула на меня сухонькая немолодая женщина в удобной повседневной одежде горожанки, раньше сидевшая в кресле рядом с кроватью, а теперь подошедшая вплотную.
Велтар?! Его величество нынешний король Илсинора?! Вот повезло, так повезло! Сразу же встретила человека, который может знать что-то, для меня полезное.
– А вы знаете, кто я?
– А как же? – ворчливо отозвалась женщина. – Ты новая девушка этого прохвоста. И что вы в нём находите? Со всего королевства ведь собирает, как налог, прости меня, Хозяйка Ночи!
– М-да… – озадаченно закусила губу я. И как мне с ней общаться? Изображать из себя кого-то, я даже не знаю ещё, кого? Удружила её величество, ничего не скажешь!
– Да ты не волнуйся так, деточка! – неожиданно засмеялась Шиннора. – Знаю я про весь этот маскарад, и не одобряю его… Да ведь действительно серьёзная ситуация, помощь им твоя нужна. Ты не обессудь уж, помоги, жалко парня, хороший ведь…
– Хороший, хороший… – пробормотала я, вспоминая взгляд младшего принца. Сразу видно, добрый и кроткий мальчик! – А скажите…
– Потом, деточка, всё потом. Успеешь ещё со мной наговориться, а сейчас надо собраться да приготовиться для выхода в свет.
– Как?! Уже?! – снова подскочила я. – А объяснить хоть что-нибудь, а инструктаж пройти, на худой конец?
– Успеешь. Через три часа будет приём с заморскими гостями, так что через два часа, самое поздно, его высочество за тобой зайдёт, чтобы всё объяснить и показать.
– Через два часа только зайдёт? А мне уже кушать хочется… – сообщила я, вдруг поняв, что так оно и есть.
Вообще-то, я не должна так себя вести с полузнакомым человеком, но она так напоминает мне мою нянюшку… и манерами, и голосом – может, все нянюшки одинаковы? Работа у них такая?
– Сейчас, сейчас, деточка, я распоряжусь. Конечно же надо перекусить перед приёмом, а то знаем мы их приёмы – сплошная болтовня, и никакого внимания на еду…
Шиннора скрылась в гостевой комнате, а я поспешно вылезла из-под одеяла. И, обнаружив, что раздета, невольно покраснела.
Давно я так не позорилась… Уснуть на мягкой постели прямо в верхней одежде, это ж надо! Но на сонный дым ещё и не такое можно списать. Например, то, что я проспала практически сутки – со вчерашнего обеда до сегодняшнего.
Одев рубашку и штаны, я озадаченно заозиралась в поисках обуви. Моих сапог нигде не было видно, ничего другого – тоже. И как они тут ходят? Босиком? Конечно, по таким коврам можно и босиком, но вот прилично ли?
Нянюшка вошла, когда я уже решила было, что можно и босиком, раз ничего нет. Она оказалась в тапках, причём точная их копия нашлась под моей кроватью. Появившиеся вслед за Шиннорой две хихикающие девицы принесли умывальный таз с водой, полотенца и пенный крем, пахнущий южными цветами. Это что, намёк? Надеюсь, нет. Случайность, всего лишь случайность…
Я не смогла сдержать вздоха удовлетворения, омываясь мягкой, так по-домашнему пахнущей пеной. Сюда бы ещё густого сока пустынного дерева, пудру и мой набор телесных красок, и я привела бы себя в порядок в рекордные сроки. Причём так, что придраться было бы просто не к чему.
Последнее соображение я высказала вслух. Нянюшка подумала, согласилась, что это было бы отлично, и пообещала сегодня же послать девушку в город, чтобы купила всё необходимое.
А пока я просто помылась, оттирая с себя въевшуюся грязь дорог и пыль столичного города, и позволила Шинноре высушить и расчесать мои локоны до плеч. Сейчас они были жгуче-чёрными, а их естественный цвет вспомнит разве что мама.
Потом те же служанки принесли завтрак – омлет с икрой и зеленью. Не то, чтобы я им наелась, но хотя бы на время смогла отвлечься от мысли о еде.
Позавтракав, стала собираться на приём. Нянюшка принесла уйму разных кремов и духов, отчего я сразу вспомнила о толпе своих 'предшественниц'.
– Нянюшка, а какой стиль нравится принцу? Какими были предыдущие девушки?
– Разными, деточка, – ответила нянюшка, тщательно нанося на меня телесного цвета крем. Он быстро впитывался, но позволял не взмокнуть в душном и тесном зале, что во время больших приёмов немаловажно. – Но тебе приготовили особый наряд, сейчас покажу.
Закончив, она поспешила мне продемонстрировать корсет, который на самом деле оказался не корсетом, потому что легко растягивался и позволял двигаться совершенно свободно, и яркое платье непонятного фасона. Решив до всего дойти своим умом, я не стала ничего спрашивать, а просто позволила нянюшке одеть на себя корсет-подделку и платье. Вот тут-то и выяснилось, чем это платье так отличалось от остальных. Верхняя часть была без рукавов, зато к ней прилагались длинные, до локтя, перчатки с ленточками-нашивками. Что в моём случае не лишнее – и пальцы, и ногти после двухмесячного, можно сказать, бродяжничества, оказались не в самом лучшем состоянии, и выставлять их напоказ не стоило. Кроме того, юбок было, по сути, две. И каждая из них имела четыре разреза до самого пояса. Причём одна из них сдвигалась по отношению ко второй так, чтобы, свободно вися, юбки создавали впечатление сплошных. Но стоило в этом платье сделать шаг, как разрезы напоминали о себе, выставляя напоказ чуть ли не всю ногу, из-за чего под платье одевались тонкие, в облипочку, тёмные штаны.
Короче говоря, весь наряд оказался идеальным для внезапных резких движений. А с учётом замаскированных в перчатках метательных ножах и паре кинжалов в ножнах на поясе, под верхней юбкой, я была экипирована хоть куда.
Пока Шиннора снова ушла за необходимыми кремами и лаками, на этот раз, для укладки волос, я вспомнила мамину науку и стала вертеться перед зеркалом. Внимательно изучив, как платье реагирует на то или иное моё движение, я попробовала в нём походить, побегать, попрыгать и даже потанцевать. Забавный покрой, но смотрится хорошо. К тому моменту, как вернулась нянюшка, я как раз успела выработать наилучшую манеру движения в таком наряде.
Увидев заключительную демонстрацию, женщина всплеснула руками:
– Деточка, да ты выглядишь в нём, как чистокровная уроженка Побережья! Или даже лучше, чем некоторые из них…
Ах, так вот откуда это платье! Золотое Побережье на юге Илсиноры! А я-то голову ломаю, что за неизвестный умелец такое придумал. Побережье, всё понятно. Ну что ж, вот и в таком платье выдалась возможность полюбоваться собой. Почему бы не воспользоваться таким шансом?
Причёску мне соорудили под стать платью. Множество изящных заколок разделили всю голову на маленькие пряди, каждая из которых наполовину заплелась в косичку, а нижняя половина осталась распущенной. При этом из каждой косички свешивались тонкие разноцветные ленточки, красиво вспархивающие в воздух при малейшем движении головой. Да, вот теперь я точно уроженка Золотого Побережья…
Довершили наряд низкие мягкие туфли на мягкой же подошве и лёгкая полупрозрачная накидка под цвет платья, прикрепляющаяся к его плечам.