- Тогда зачем они вас атаковали? - удивился Виктор. - Зачем они оставили два бетонных блока на дороге?
- Мы когда отползли и в кустах притаились, - неловко произнес парень, - то мне послышалось, что они говорили о трупах парней, как о еде.
- Каннибалы? - спросил Дима, как-то побледнев.
Погон только кивнул.
- А почему они тогда остальных не забрали?, - спросил сержант, оглядываясь на тела в тлеющем камуфляже.
- Не знаю, может мне послышалось, - немного подумав, произнес Погон. - Но они сказали, бензином несет.
- Быть не может, - сказал я, продолжая наблюдать за дорогой и окрестной местностью сквозь оптический прицел «варяга».
- Может, - неожиданно для всех сказал Дима. - После эпидемии я жил в одном подвале с парнем, который рассказывал о нескольких подобных бандах, они специально ловили людей, одних продавали в рабство, другие шли в котел.
- Брехня, - не очень уверено произнес Виктор.
- Нет, не брехня, - упрямо произнес Дима. - Друга этого парня съели у него на глазах, выпотрошили и сварили в котле прямо во дворе дома на окраине, после этого он убил охранника у своей клетки и, завладев оружием, бежал, убив при этом еще трех людоедов.
- Я много слышал про подобные случае, но свидетелей не видел, - кивнул Погон. - Может оно и так. Мне говорили, человечина, как наркотик, один раз попробуешь и на свинину или говядину больше не тянет.
- «Горка», как у вас? - раздался из рации, закрепленной на плече у Виктора, голос майора.
- Тихо, - отозвался сержант, - нашли троих выживших и еще один умер от ран. Дорожники отошли, забрав зачем-то тела убитых. Тут есть предположение, что им до нашего каравана по боку.
- Тогда зачем они атаковали нас? - удивленно спросил майор.
- Те, кто выжил говорят, что ради еды.
- Какая еда в двух «нивах»? - удивился еще больше «Легионер».
- Как раз еды много, пол тонны точно, выжившие считают, что их атаковали людоеды.
- Я и раньше слышал, что здесь все чаще пропадают люди, - задумчиво произнес майор, - но думал что охотники за рабами промышляют, а вот оно как обернулось. Ладно, ждите, минут через пять будем.
- Ждем, - отозвался Виктор и отключился.
Я обернулся и посмотрел в сторону, откуда должен был появиться конвой. Замечательный оптический прицел приблизил мне головную «ниву», именно в этот момент, когда я рассмотрел в прицеле водителя, «нива» исчезла в пламени взрыва. Грохот прокатился над дорогой и уже эхом долетел до нас.
- Что там? - спросил Виктор.
- Головную «ниву» завалили, - ответил я, наблюдая за караваном, он начал сбиваться в кучу, шедшая следом «нива» попыталась объехать подорванную машину, но уперлась в глубокую воронку и застряла, а лобовое стекло брызнуло мелкими осколками в разные стороны. Мне в оптику хорошо было видно как свесился из снятой двери водила, его макушка была срезана крупнокалиберной пулей или миной. А на дороге уже расцветали разрывы. Не знаю, что творилось в конце колонны, но, по-моему, ее взяли в обычные клещи.
- «Горка», на нас напали, - закричала рация голосом майора. - Ударьте им в тыл, мы от вас в полутора километрах.
- Понял, - крикнул Виктор в рацию и метнулся к машине. Мы все поспешили следом. Ребята, которые держали здесь оборону до нас, не слушая возражений, закинули в кузов тело убитого товарища.
Уже через минуту наши «нивы» рванулись навстречу колонне. Чем ближе, тем явственнее слышался вой мин и глухие разрывы. Нам повезло. «Нива», в которой сидел я, вынеслась прямо на грузовичок, в кузове которого был установлен миномет. Бабай всадил пару очередей в людей, копошащихся возле него. Их как ветром сдуло: крупнокалиберные пули сделали из тел фарш, после этого он перенес огонь на правую сторону, именно там, за деревьями, были сосредоточены основные силы дорожной банды. Оказалось, что майор не зря носил свои погоны, к нашему приходу дорожникам отвечало около полутора сотен стволов, лично я видел четыре сожженные «нивы» и один грузовик, передок которого был раскурочен прямым попаданием гранаты, возле него по земле катался парень в камуфляже, взрывом ему оторвало ногу, но боль еще не пришла, пока что он пытался сбить пламя с горевшей на нем камуфляжной куртки. Но прогремевшая очередь оборвала его мучения, он судорожно дернулся, скребя ногтями асфальт и затих. Я бы мог поклясться, что очередь была выпущена кем-то из «витязей», укрывшихся за соседней машиной, в этом обществе такой поступок считался гуманным.
Нам не повезло, мы оказались прямо за спиной у тех, кто не давал конвою уйти вперед, и успех, которого нам удалось добиться за счет внезапного появления, очень быстро сошел на нет. Поскольку в эту сторону наши почти не стреляли, то заслон развернулся к нам, открыв ураганный огонь из всех имеющихся стволов. И удача почти сразу улыбнулась им, ствол «утеса» на нашем джипе задрался в верх, пластиковые щиты разлетелись множеством осколков, а Артем стал оседать - из десятка ран в его груди в кузов хлестали целые водопады крови. Кто-то из тех, кто выжил на высоте, ухватился за ручку пулемета и снова открыл огонь по дорожникам. Я же кувырком выкатился из машины, всадив очередь в парня, решившего метнуть в нас гранату. Первая пуля откинула его назад, а вторая разбила кисть правой руки, в которой он удерживал ребристое яблоко. Спустя несколько мгновений из-за машины раздался мощный взрыв, и вся стрельба оттуда прекратилась. Я же боковым зрением заметил удачный выстрел Димы, он залепил из подствольника прямо под ноги двум перебегавшим от укрытия к укрытию дорожникам, бегуны сдулись, только один полз в сторону канавы царапая пальцами асфальт но вскоре замер. Бой продолжался, в конце колонны грянули два взрыва, после чего стрельба там замерла. Майор, не будь дураком, бросил в ту сторону десяток бойцов, и вскоре там снова началась ожесточенная перестрелка.