- Расслабьтесь, это не враги, - раздался из рации голос майора, - сейчас новости узнаем и дальше поедем.
Спустя двадцать минут майор, тепло пожав руку командиру встреченного каравана, развернул «ниву» и поехал назад.
- Все в порядке, - сказала рация, закрепленная на плече у Виктора, - сейчас их пропустим и пойдем дальше, у них есть подорожная владимирского князя, везут что-то безумно важное для Москвы.
Видимо, караван с эмблемой северного княжества был действительно очень ценен, пять танков, причем в отличие от головного остальные были Т - 90, десяток БТРов и три БМП. На специальной платформе везли легкий разведывательный вертолет класса «Ансар». Джипы, снующие вдоль колонны, вообще подсчету не поддавались.
- Пять десятков, - уверенно заявил Сергей.
- А у меня шесть получилось, - ответил ему в тон Виктор. - Это один из самых больших караванов, которые я видел, почти семь сотен охраны.
- Интересно, хоть одним глазком бы взглянуть на то, что они везут, - разглядывая очередную фуру, проплывающую мимо, произнес Сергей.
- Язык попридержи, - строго произнес сержант, - а то взглянешь одним глазком, только глаз твой будет лежать на ладони их командира. Да и тебе это знание будет уже без надобности.
Сергей, почувствовав, что начальство дело говорит, пасть закрыл и больше до самого Владимира не произнес ни слова.
Ночевал я уже в своей комнате. Всем, кто сопровождал караван, предоставили три дня отдыха. Поминки по погибшим витязям были назначены на послезавтра. За стволы, которые я сдал лично, получил тысячу двести рублей, еще четыре были реквизированы в мою пользу из карманов каннибалов. За два миномета и ящики с минами была обещана премия в размере трех тысяч на брата. Весь следующий день я отсыпался. На улицу вышел лишь для того, чтобы сходить в магазин. Поскольку в общаге за полторы недели, что меня не было, на двое суток отключили свет и тушенка, оставшаяся в холодильнике протухла. На третий день, я появился в отделе. В общей столовой было не протолкнуться, девушки, работающие в «витязе» строгали салаты и что-то варили в многочисленных кастрюльках. Парни сидели хмурые.
- Самые большие потери за последний год, - произнес один из парней, сидящих за соседним столом.
- Точно, - судорожно прикурив, согласился его собеседник. - Пятнадцать человек завалили на трассе, четверо скончались, не доехав до Владимира, еще трое на операционном столе. Итого - двадцать два.
- Последний раз такое было почти год назад, когда нас бросили против банды, что атаковала Муром, там двадцать пять наших осталось. Значит, вскоре в отделе появятся много новых лиц.
Курящий парень снова кивнул соглашаясь с очевидным.
- Ну что, Влас, отоспался? - плюхаясь на лавку возле меня, спросил Сергей.
- Вроде того, - пожимая протянутую руку, отозвался я.
- Ну, тогда гони штуку, - достаточно бодро произнес он, - мы тут семьям ребят собираем.
- Не вопрос, - произнес я, запуская руку в наружный карман и вытаскивая оттуда сложенные деньги. Отсчитав требуемую сумму, протянул Сергею, который тут же спрятал их к себе.
- Вообще-то не положено вроде как, - произнес он, - Княжество платит семьям погибших дружинников посмертные, но пока их получишь. Вот и собираем с ребят. Начальство смотрит неодобрительно, но молчит.
- Да я понимаю.
- Ну и хорошо, - ответил Серега, - а то есть такие, кто сразу посылает, мол, денег не дам и мне, когда сдохну, не собирайте, - и кивнув мне, он поспешил куда-то дальше.
Поминки прошли на удивление тихо. Несколько казенных фраз произнес Гроб, начальник отдела. После этого говорили командиры, потом рядовые бойцы. Как оказалось, город тоже замер. В окрестных домах не горело ни одного окна. Улицы возле отдела были безжизненны.
- Помнят, - держась за мое плечо пьяным голосом, произнес Виктор. - Год назад мы потеряли под Муромом почти тридцать человек, так ребята на поминках так ужрались, что каждое окно, которое горело, превратилось в мишень. А насильника, который сидел в камере, просто растоптали.
С одной стороны я прекрасно понимал то, что сейчас рассказал Виктор, у самого на душе бушевал костер ярости, но с другой - возле отдела жили люди, не имевшие никакого отношения к гибели «Витязей». Но здесь действовал закон средневековья, у кого меч, тот и прав, мол, я тебя защищаю и делаю, что хочу, полезешь убью.
- Ладно, пошли домой, а то нам с тобой завтра в патруль по городу, - пьяным голосом произнес он. - Ожидают караван из Рязани, а там парни совсем отмороженные, почти все на наркоте сидят.