Чтобы собаки на помощь пришли.
Собака — что?
Собака — жизнь свою не пожалеет за человека.
Знали собаки, что на смерть бегут.
Но все равно бежали.
Господа за собак цеплялись.
И…
Вместе с ними на дно ушли».
«Жалко.
Собак жалко, — я процедила. — Собаки не виноваты.
Маркизы и бароны полезли по своей прихоти.
Вы — за ними.
Из-за денег вы.
Вас тоже можно понять.
Но собаки…
Будто бы они вам всем должны…»
«СОБАКИ ДОЛЖНЫ УМИРАТЬ ЗА СВОИХ ХОЗЯЕВ», — парень взревел.
«За эти слова я бы тебя утопила.
Утопила в болоте». — Я зашипела.
«Зюйдвест, — девушка косо на меня посмотрела. — Ты, как выбрался?»
«Йа?
Я тонул.
Но…
Увидел змею.
Гадюка огромная.
Я ей за хвост уцепился.
Гадюка меня и вытащила.
Из болота».
«Тебя можно поздравить!» — Я заметила.
Ядовито сказала.
«Госпожа! — Парень вытянул руку.
В мою сторону. — С чем меня можно поздравить?
ПОЗДРАВЛЯЮТ С ДНЕМ РОЖДЕНИЯ.
А у меня день рождения не скоро.
День смерти ближе, чем день рождения».
«Тебя змея спасла.
Гадюка.
Обычно бывает наоборот», — девушка пролепетала.
«Гадюка меня вытащила.
Но…
Потом она меня убила!»
«Как?» — Я и поселянка воскликнули.
Одновременно.
Вытаращили глазища.
«Гадюка в меня залезла.
В рот.
Теперь меня кусает.
Внутри».
«Гадюка в тебе?» — я не поверила.
«Ах!» — Парень закатил глаза.
Дергался в конвульсиях.
Из его рта показалась.
Нет…
Не пена показалась.
Голова гадюки.
Затем змея выползла.
Преспокойно выползла.
И направилась в сторону болота.
«А нечего было собак топить», — я посмотрела на парня.
На бывшего парня.
Сейчас на месте парня лежал труп.
Труп парнем уже не может быть.
ТРУП — НЕ ЧЕЛОВЕК.
«Все утонули…» — Девушка с вопросом посмотрела на меня.
«Если бы они умерли.
Умерли бы на земле, — я бормотала. — То можно было бы забрать их вещи. — Я не брезговала.
Зачем пропадать добру?
Но взглянула на девушку.
Вдруг, она меня неправильно поймет. — Их вещи отдали бы…
Тебе бы я отдала».
ЛЕГКО ОТДАВАТЬ ТО, ЧЕГО У ТЕБЯ НЕТ.
«Спасибо, — девушка промямлила. — Госпожа».
«Возвращаемся в деревню, — я смело двинулась к джунглям. — Расскажем, что случилось с Королевской Охотой».
«Нет…»
«Что — нет? — Я остановилась. — Ты не хочешь меня слушаться?»
«Нет.
Госпожа.
Я буду тебя слушаться.
Ведь я твоя…
Ты в другую сторону идешь.
Деревня — там». — Девушка показала рукой.
«Там — значит — там.
Веди!»
Я не спрашивала ее имя.
Зачем?
Я не собиралась с поселянкой.
Не собиралась дружить с ней.
Но…
Мы стали как бы сообщницы.
За это нужно платить.
Девушка шла молча.
Искоса на меня поглядывала.
Я чувствовала ее взгляд.
Поселянка о чем-то задумалась.
Может быть, хочет меня обвинить?
И сдать крестьянам?
«В деревне — молчи, — я приказала.